От неожиданности Элен даже рот раскрыла, но уже спустя какое-то мгновение вскочила с табуретки и начала обнимать и целовать попеременно то Эдмонда, то Жанну.

– Поздравляю! – кричала она, вся сияя от радости. – Вы уже назначили день свадьбы? Подумать только! – Она покачала головой, все еще не веря своим ушам. – У меня будет сестра! В качестве подарка я сошью Жанне свадебное платье! Я сама придумаю его! – Она вдруг подняла стакан. – У меня есть тост! – Эдмонд и Жанна потянулись за своими стаканами. – За моего брата и мою невестку! За моих самых любимых!

В дом тети Жанин она возвращалась одна. Город затих, на грязной дороге не было ни единой машины. Небо быстро темнело, и на землю опускался густой туман. Резкие порывы холодного ветра валили с ног, но Элен, казалось, не замечала этого. Все ее мысли были в другом мире. Это был мир моды, Париж, журналы.

Да, когда она закончит школу и найдет работу, она будет экономить каждую копейку, чтобы купить билет в Париж. Именно там начинается дорога, которая ведет к осуществлению ее мечты об издании журнала. Журнала более чудесного, чем все те, которые она просматривала в магазине мадам Дюпре. Более прекрасного, чем «Элль». Более эффектного, чем «А'Офисьель». Более могущественного, чем «Вог». Сама мысль о своем журнале пьянила Элен. Ей нравилось конструировать и шить платья, но она интуитивно чувствовала, что недостаточно талантлива для этого. По крайней мере для того, чтобы конкурировать с такими гениями моды, как мадам Гре, Кристиан Диор и Юбер де Живанши. Она раскроется в другом, ведь недаром же мадам Дюпре говорит, что у неё есть «чутье».

Впрочем, стоило ей подойти к дому, как мечты ее сразу испарились. Вернувшись к реальности, она тотчас почувствовала, что на улице холодно.

Сегодня тетя Жанин повсюду зажгла свет – она принимала гостя. Элен сразу узнала его: это был безработный землекоп, который когда-то работал на верфи, а сейчас в основном шатался по портовым тавернам. Высокий, черноволосый, с хитрым взглядом черных глаз – Элен он никогда не нравился. Звали его Пьер Пегюй.

– Иди сюда, Элен, – суровым голосом приказала тетя Жанин и костлявой рукой указала на свободный стул.

Такая неожиданная гостеприимность насторожила Элен, но она подчинилась и присела к столу.

– Лучше тебе узнать все сразу, – произнесла тетка. – Месье Пегюй предложил мне выйти за него замуж.

Элен разинула рот от удивления и чуть не свалилась со стула. Тетя Жанин выходит замуж! И этот вечно пьяный докер без единого су в кармане – ее жених?! Она посмотрела тетке в глаза.

– Я уже дала ему свой ответ, – продолжила та ровным голосом. – Я приняла его предложение.

Элен, в ужасе взглянув на тетку, вскочила со стула.

– Куда ты? – остановила ее тетя Жанин. – Тебя пока никто не отпускал!

– Я… я неважно себя чувствую, – запинаясь, ответила Элен и второпях опрокинула стул. Поднимая его, она увидела глаза Пьера. Он похотливо уставился на ее зад. Точно так же, как когда-то бош на Катрин.

Ночью Элен внезапно проснулась. В соседней комнате слышались голоса.

– Конечно же, дом там, – говорила тетя Жанин.

– Ты уверена? – уточнил Пьер.

– Абсолютно. На Мон…

Весьма странный разговор для новобрачных. Элен сразу же потеряла интерес. Какой-то дом в Моне. Или в Монтлюсоне? Монтливо? Перевернувшись на другой бок, девушка снова заснула.

Проснувшись на рассвете, Элен оделась и спустилась вниз, на кухню. За столом, ссутулившись, сидел Пьер и пил дымящийся кофе из большой эмалированной кружки.