Мадам Дюпре развела руками.

– Еще часа полтора. Замки де Леже находятся в Медоке.

Элен встрепенулась:

– Замки? У них разве не один замок?

– Два, – ответила мадам Дюпре, меняя позу. – Отеклок-де-Леже и Лестало-де-Леже. Граф и графиня живут в замке Отеклок. Он лучше и просторнее.

При въезде во владения де Леже мадам Дюпре обратила внимание Элен на раскинувшиеся вокруг виноградники. Аккуратные покатые холмы с виноградной лозой, казалось, простирались от горизонта до горизонта.

– Это самые большие виноградники во всей Франции, – пояснила мадам Дюпре.

Элен молча кивнула. Она словно дар речи потеряла на мгновение, но не успела она прийти в себя, как женщина воскликнула:

– Посмотри скорее! Там, налево!

Девушка повернула голову налево. Среди причудливых виноградных лоз суетилось множество сельскохозяйственных рабочих. А вдали, отражаясь в спокойной воде широкого рва, во всем своем великолепии раскинулся замок. Средневековые каменные башни и обветшалые от времени каменные стены прекрасно сочетались с нововведениями эпохи Ренессанса.

– Это замок Лестало-де-Леже, – сказала мадам Дюпре. – Виноградники здесь занимают больше двух тысяч акров земли.

– Так… так много! – воскликнула Элен.

– Два года назад здесь было изготовлено более двух миллионов бутылок вина. Можешь себе представить?

Элен охватил благоговейный трепет.

– Они, должно быть, очень богатые, эти де Леже, – проговорила она.

Мадам Дюпре только улыбнулась в ответ. «Они действительно очень богаты, однако графиня слишком уж экономна, – подумала она. – Вместо того чтобы при мультимиллионном состоянии заказать себе за десять тысяч франков дубликат одежды у кутюрье, она нанимает портниху всего за три тысячи франков!»

По сторонам дороги, ведущей к замку, росли тополя. Вокруг раскинулся обширный парк в духе Ленотра, творца дворцово-паркового ансамбля Версаля. Сквозь пелену сплошного дождя Элен все же удалось рассмотреть замок. У нее захватило дух. Отеклок-де-Леже вовсе не был похож на воображаемые ею замки, здесь не было никаких башен и башенок. В четкой симметрии трехэтажного здания чувствовалась холодная надменность: от центрального павильона отходили два флигеля, переходящие в павильоны гораздо больших размеров. Высокая крутая крыша построек закруглялась по краям для поддержки фонарей. Ко входу вела широкая мраморная лестница.

Они обогнули здание и остановились у черного хода.

Толстая служанка с красным лицом распахнула перед ними дверь, и они оказались в просторной кухне. С потолка и стен свешивались медные и стальные кастрюли и сковороды. Молодая девушка, закатав рукава, ловко месила на деревянном столе тесто.

Женщина, встретившая их, должно быть повариха, дружелюбно улыбнулась и, вытерев пухлые руки о передник, поздоровалась с мадам Дюпре:

– Добрый день, мадам. Графиня приказала мне поселить вас в вашу прежнюю комнату.

– Здравствуйте, Терез. Это просто чудесно, – улыбнулась в ответ мадам Дюпре.

Элен последовала за женщинами вверх по лестнице в ту часть замка, где жили слуги. Их комнаты под самой крышей ничем не отличались и были смежными.

Элен разочарованно опустилась на кровать. Она-то ожидала, что они будут жить в просторной комнате с кроватью под балдахином и роскошной мебелью. А оказалось, штукатурка на стенах растрескалась, мебель убогая, единственное окошко располагается у самого пола…

Правда, то, что портних встретил шофер на лимузине, несколько выделяло их от прочей прислуги.

На следующий день графиня пригласила их в комнату вышивок. Слуга в ливрее проводил их через весь дом к каменной лестнице.