– Тогда вы не оставляете мне выбора. Я не допущу этого брака.

Элен едва не задохнулась. Роскошная спальня вмиг приобрела для нее новые очертания: цветочки мака на постельном белье превратились в капли крови, а сфинксы, украшавшие туалетный столик, теперь, казалось, жаждали ее плоти.

– Что… что вы собираетесь сделать? – спросила она срывающимся голосом.

– Я, конечно, проконсультируюсь со своими солиситорами, но пока совершенно определенно могу сказать вам одно: Найджел не унаследует ни пенни. Фоллсворт будет навечно закрыт для него.

– У меня достаточно денег, – вызывающе отозвалась Элен. – Мы сможем жить на них.

Герцогиня насмешливо улыбнулась:

– Да, но как будет жить Найджел с осознанием того, что семья подвергла его остракизму? Что двери знати в Великобритании будут для него закрыты?

– Вы не посмеете!

– Посмею. И вероятнее всего, ваша обоюдная любовь очень скоро угаснет. Этот брак продлится недолго. – Герцогиня победно рассмеялась. – Неужели вы думаете, что мой сын согласится жить на деньги жены?

Элен была сломлена.

– Что вы хотите? – проговорила она побелевшими губами.

– Оставьте его! – воскликнула герцогиня. – Он принадлежит к аристократическому обществу и должен оставаться среди равных.

Элен молча поднялась. Посмотрев на «Солнце Сомерсетов», она молча сняла его с пальца и протянула герцогине.

– Я не хочу быть членом такой непривлекательной семьи, – заявила она дрожащим голосом. – Вы не достойны вашего сына. Я предпочитаю оставаться Элен Жано, нежели становиться Элен Сомерсет. – Она глубоко вздохнула и спокойно продолжила: – Не откажите в любезности прислать мне вашего шофера. Я сейчас же упакую вещи.

– Я попрошу подготовить самолет, – отозвалась герцогиня.

– Не стоит себя утруждать. Я полечу коммерческим рейсом.

– Как хотите. А что сказать Найджелу? – Герцогиня потупила взгляд.

Элен посмотрела на нее, но их взгляды не встретились.

– Думаю, правду.

Герцогиня молчала. Элен громко, едва ли не истерически рассмеялась:

– Вы, наверное, хотите, чтобы я написала ему записку и сообщила, что разрываю нашу помолвку?

– Если вас не затруднит.

– Затруднит, но я слишком люблю Найджела, чтобы заставлять его ненавидеть вас всю оставшуюся жизнь. Уж пусть лучше ненавидит меня.

Глава 9

Как это часто бывало в прошлом, «Ле Эдисьен Элен Жано» продолжала оставаться барометром личной жизни самой Элен. Она уже не раз убеждалась, что достижения в компании резко возрастали каждый раз, когда дела на личном фронте шли из рук вон. Просто она с каким-то остервенением тогда принималась за работу, предпринимая для этого нечеловеческие усилия. Зная теперь, что им с Найджелом не суждено быть вместе, она полностью вычеркнула его из своей жизни. Она не отвечала на его звонки и оставляла нераспечатанными письма. Однажды он даже неожиданно нагрянул к ней в офис на Вандомской площади и не собирался уходить до тех пор, пока не увидит ее. Предупрежденная секретаршей о его приезде, Элен незаметно выскользнула через черный ход. Она ни за что не возьмет на себя ответственность за то, что он утратит все, что положено ему с рождения. Иначе ей уже никогда не жить в ладу с самой собой.

Спустя полгода поток писем от Найджела поредел, а затем и вовсе иссяк. И, наконец, однажды в одном из номеров «Пари-матч» она вдруг наткнулась на заголовок: «Светское бракосочетание». На цветной фотографии были запечатлены молодая невеста, некто Памела Грей, и жених, Найджел Сомерсет.