|
Прочел статью в газете Олбани, увидел твое имя и заинтересовался. Расспросил о твоей матери, о твоем якобы погибшем отце, пронюхал, что твоя мать каждый год по несколько раз ездит в Вашингтон, и тогда все понял. Он тихо засмеялся, и Бекка брезгливо скривила губы. – Жаль, что твоя мамаша протянула ноги. Я надеялся получше познакомиться с ней, но она слишком быстро оказалась в больнице. Конечно, я без всякого труда мог пробраться в Ленокс Хилл и придушить ее, но решил, что уж лучше ей помучиться от рака. Это куда дольше и противнее. Увы, милая сестричка сообщила мне, что она мирно скончалась во сне и отошла, не чувствуя боли. Она ничего не ощутила бы, даже если бы я стиснул ей шею, так зачем трудиться? Но ты другая, Ребекка. И в полной моей власти. А потом я захвачу твоего отца. Последнее слово он прошипел с такой яростью, что у Бекки дыхание перехватило. Немного успокоившись, он приказал: – Садись в машину и поезжай в тренажерный зал на Найтшейд. Немедленно. Помни о мальчишке. – Подожди! А что потом? – И это узнаешь. Я соскучился по тебе. По твоему прелестному телу. Пока ты спала, я гладил его, касался, лизал каждое местечко. Это я оставил болт от унитаза в подарок тебе. Чтобы ты помнила: я разглядывал тебя, ласкал твою бархатистую кожу. Надеялась воткнуть мне этот болт прямо в глаз, верно? Бекку трясло от страха и злости так, что кружилась голова, а в ушах стоял странный звон. – Подлый гнусный старикашка, – выдавила она. – При мысли о том, что ты до меня дотрагивался, меня тошнит! Он расхохотался так искренне, что Бекка невольно сжалась. – Ничего, Ребекка. Скоро увидимся. У меня для тебя сюрприз. Не забывай, это моя игра и тебе придется подчиниться моим правилам. Он повесил трубку. Бекка была уверена, что на этот раз звонок будет невозможно отследить, каким бы совершенным ни было подслушивающее устройство. И остальные тоже это понимали. Она нажала кнопку. Они все слышали. Пусть думают. Бекка не взяла с собой ничего, кроме револьвера. Усевшись в машину, она снова нажала кнопку: – Я еду в зал. Слава Богу, ее мать так и не увидела этого зверя! Он был в больнице. Наводил справки. Невыносимо! Уже через восемь минут она оказалась у тренажерного зала «Клондайк» в самом конце Найтшейд и въехала на большую бетонную парковку, обсаженную деревьями. Само здание, двухэтажный дом, почти полностью скрывали их кроны. Во всех окнах горел свет. На площадке стояло не меньше двух десятков машин. Она как то была здесь с Тайлером, правда, днем. Тогда машин было меньше. Наверное, обитатели городка ждали, пока спадет жара. Бекка выбрала место в стороне, заглушила мотор и осталась сидеть. Прошло пять минут. Десять. Никого. Бекка нажала кнопку на браслете: – Я его не вижу. Вокруг все спокойно. Ничего необычного. В зале полно народа. Ее друзья все должны уже собраться и приготовиться. Но они не двинутся с места, пока не появится Кримаков, так что волноваться нечего. – Вхожу в зал. Она выбралась из машины и вскоре оказалась в вестибюле. За стойкой возвышался молодой человек с приятным открытым лицом. Судя по его виду, он только что на совесть поработал на тренажерах: майка пропотела насквозь. – Привет, – сказал он, с удивлением глядя на нее. Только сейчас Бекка вспомнила, что не надела спортивного костюма. – Я как то была здесь, – с улыбкой пояснила она, – и арендовала шкафчик в раздевалке. Моя одежда там. Мне нужно ее забрать. – Я вас знаю. По телевизору видел. На всех каналах. – Да, понимаю. Могу я войти? – Десять долларов за билет. |
