– Что-то я не очень понимаю. Алина тогда туману напустила. Ты сейчас не больно-то ясно говоришь.

– Поймешь еще. Придет срок, все по полочкам само разложится. А сейчас извини, нам ехать нужно.

Хм. А вот с отъездом не заладилось. Медики, обосновавшиеся в слободе, уже успели заполучить авторитет и уважение. Ну и то простое обстоятельство, что увечье у Николая случилось не столь уж серьезным. Так что на столе к чаю очень быстро появилась домашняя выпечка.

Семья-то рабочая, и хозяйка поминала про лишний рот. Но все же не бедствуют. Оно и понятно: хозяин дома был механиком, да и Николай окончил ремесленное училище по этой же специальности. Если не богатство, то достаток в этом доме водится точно.

Пребывавший в приподнятом настроении Клим не смог себе отказать в такой малости, как чай с пирогами. Хотя и под неодобрительное бурчание Крупицына. Ранение-то ведь может и в живот случиться. А до поединка осталось всего ничего.

К присутствию на поединках медиков отношение традиционно ровное. Мало того, все прекрасно осознавали необходимость данной меры. Но появление кареты скорой помощи восприняли как дурное предзнаменование. Однако вслух никто ничего не высказал.

Как ни странно, едва оружие оказалось в руках Клима, он сразу же успокоился. Все страхи отошли куда-то на второй план. Единственное, что его по-настоящему волновало в сложившейся ситуации, – это как вообще обращаться с большим и неудобным пистолетом. Его секундант инженер Полянский в очередной раз обругал друга за идиотский поступок и, как мог, проинструктировал по данному вопросу. Может, пользоваться оружием он и не умеет, но с технической стороной знаком хорошо.

Поединщикам в очередной раз предложили примириться. Бабичев, как и прежде, сообщил, что готов к мирному разрешению конфликта, если Кондратьев принесет ему свои извинения. В ответ Клим лишь упрямо мотнул головой и направился к барьеру. Алексею не оставалось ничего другого, кроме как развести руками и занять свое место.

Первым выпало стрелять Кондратьеву. Но несмотря на то что страх ушел, а его рука совершенно не тряслась, он промахнулся. Причем серьезно так. Пуля выбила фонтанчик земли в пяти шагах от князя.

В свою очередь Бабичев выстрелил, едва вскинув пистолет и практически не целясь. И когда пуля вдруг пронзила левый рукав белой рубашки Клима, растерянно посмотрел на пистолет, всем своим видом выражая удивление. Судя по всему, он был убежден в собственном промахе. Но случилось то, что случилось.

Часть пятая

Сентябрь 1937 года

Глава 1

И один в поле воин

Именно в этот миг над гребнем, который еще несколько минут назад республиканцы уже считали своим, появился взвод «Тарантулов». Паукообразные шестилапые машины, вооруженные короткоствольной семидесятипятимиллиметровой пушкой и тремя пулеметами.

Конечно, бронепробиваемость у ее снарядов довольно посредственная, и «Крестоносец» им не по зубам даже в случае стрельбы в упор. Но зато у них есть осколочно-фугасные снаряды с зарядом восемьсот граммов тротила. Мало точно не покажется.

При мысли об этом по телу невольно пробежал озноб и заломило затылок. Буквально пару минут назад в Григория попали реактивным снарядом и, похоже, контузили. Во всяком случае, в ушах все еще звенело, а голова отзывалась тупой ноющей болью.

Вот только уйти он не мог. Не смог оставить интернационалистов, залегших в чистом поле, когда еще имел возможность ретироваться вместе с уже находящимися в безопасности «Сороками». И уж тем более не сможет сейчас. А раз так, то и гадать нечего.

Григорий двинул хромающую машину вдоль фронта, одновременно вскидывая автоматическую пушку.