– Браты, да это ж баба! – подал голос один из преградивших дорогу.

– Ба-аба? – вздернул бровь Василий.

– Барышня, если быть более точным. – Алина подарила главарю гопников обворожительную улыбку.

За последнюю пару лет изменился не только ее голос, но и облик в целом. Красавицей она не стала, но приобрела весьма симпатичное личико, немалая красота которого теперь заключалась в улыбке. Нет, рот ее был все таким же большим и тонкогубым. Однако девушка вдумчиво подошла к своему образу, придав яркости сильным сторонам и скрыв недостатки.

Мама всегда указывала ей на необходимость именно такого подхода. Но юная бунтарка предпочитала делать по-своему. И только после гибели Ирины Викторовны, а может, и в память о ней, взяла на вооружение ее советы. И преображение получилось поистине разительным.

– Что, белая кость, захотелось настоящего крепкого мужика из низов? – осклабился Василий.

– Осади, – вновь пытаясь завести девушку себе за спину, одернул его Плотников.

– Что, Колюня, особое мясцо, да? Да ты не жадничай. С нее, чай, не убудет.

– Как бы с тебя не убыло.

Алина и оттолкнула бы в сторону Николая, если бы только могла. Уж больно тот для нее крупный, сильный и тяжелый. А потому она предпочла просто обойти друга и выйти навстречу приближающемуся Василию. И проделала это настолько стремительно и с такой гибкостью, что Николай ничего не успел предпринять.

Мгновение, и вот она уже перед наседающим хулиганом. Еще одно – и провернула удилище, выставляя вперед более толстое основание. Одновременно с этим рука метнулась вперед, как атакующая кобра. Вот не могла она спустить таких слов. Хоть на куски ее режь.

С глазомером у нее всегда был порядок, как и с координацией движений. А тут еще и систематические тренировки со старым корейцем. Ким всегда говорил ей о том, что для прямого столкновения сил у нее недостаточно. Даже большинство девушек превосходят ее в этом, о мужчинах и говорить нечего. А потому, дабы защитить себя, ей нужно знать расположение болевых точек и уметь наносить точные удары. На что и делался упор в ее обучении, помимо гибкости, ловкости и выносливости.

– Хкх-х! – схватившись за горло, захрипел Василий.

Алина нанесла колющий удар основанием удилища аккурат в межключичную впадину. Каким бы сильным ни был мужчина, но удар в эту точку для него всегда будет болезненным. Не выключит окончательно, но отвлечет и даст возможность для бегства или добивания.

Девушка выронила удочку и, стремительно приблизившись к противнику, стеганула его пальцами по глазам, вырвав очередной болезненный хрип. Все. Если теперь он и сможет что-то толком рассмотреть, то не раньше чем через минуту. Вон пятится назад, кряхтит и трет кулаками глаза.

Тот из шпаны, что подходил слева, попытался атаковать девушку, но она ловким кувырком ушла от встречи с массивным кулаком. При этом мелькнула мысль о том, что вываляется в пыли, как порося. Но эти мысли никоим образом не отразились на стремительности ее действий.

Кувырок, выход на ноги, резкий оборот. И стремительный шаг вбок. Иначе рискует быть снесенной летящим в ее сторону телом. Это Николай приложился к гопнику, который пытался ее ударить. И судя по тому, как тот приземлился на обочину дороги, подняв целое облако пыли, на ноги поднимется нескоро.

Василий все так же разминает горло и трясет головой, пытаясь прийти в себя, а Плотников уже медведем налетел на оставшихся двоих. Алина отчетливо видела, как Николай получил удар в лицо. Не иначе один из молодчиков занимался боксом, ставшим столь популярным в последние годы. Но этого оказалось недостаточно, чтобы остановить рассвирепевшего парня. Взмах. И большой кулак, врезавшись апперкотом в душу боксера, оторвал его от земли.