— Да. И для тебя. Но правда в том, Райан, — сказала она, — что я почти уверена в том, что ты не сможешь получить опеку над Адамом.

 — Ты думала об этом? — Он взял груду бумаг и полистал, заметив ее рукописные заметки на полях некоторых статей, которые она скачала и распечатала.

 Она сказала: — До тех пор, пока ты работаешь жиголо, ты не можешь получить опеку над ним.

 — Я думаю, что я догадывался об этом.

 — И твоя сказка о том, что ты модель не поможет.

 — Нет. — Он знал и об этом.

 — Даже если ты бросишь эту работу прямо сейчас, — сказала она, — у тебя нет никакого официального опыта работы. Также три привода в полицию. Без судимостей, я знаю. Но первые два обвинения были очень серьезными — изнасилование и распространение наркотиков — а третий совсем недавно за занятие проституцией. Плюс ко всему, ты молодой, одинокий мужчина. Так что без родственной связи между тобой и Адамом... — Она покачала головой. — Суть заключается в том, Райан, что ты не сможешь. Даже если и изменишь свою жизнь завтра же, а Адам нуждается в помощи гораздо раньше, чем найдется кто-нибудь, кто позволит тебе забрать Адама.

Он кивнул, но с удивлением понял, что был разочарован. Хотя ничего из того, что она сказала, не было неожиданным.

Она продолжила:

— Так что, если ты думаешь привести Адама домой...

— А я думал об этом? — удивленно пробормотал он.

— Я думаю, что думал.

— Да. Я думал. Я просто не очень... — Он встретился с ней глазами. — Я медленно завоевываю его доверие. Потому что я знаю, как он думает. Как он должен думать. Я стараюсь приглядывать за ним, потому что я знаю, как легко было бы испугать его и заставить исчезнуть.

 — Потому что Адам знает достаточно, чтобы уйти от взрослого человека, который убеждает его пойти с ним домой.

 Райан кивнул. Его кровь застыла в жилах, когда он представил,  что может случиться с Адамом, если он примет такое приглашение от кого-то еще или не успеет ускользнуть от такого человека.

— Может быть, он жив, —  сказал Райан, — только потому, что он так медленно идет на контакт.

 — Как же он оказался на улице? — спросила Сара. — Он еще не рассказывал тебе?

 — Он рассказал мне вчера, — сказал Райан. — Его мать умерла три года назад, его отец сидит в тюрьме за непредумышленное убийство. Но Адам говорит, что его отец был нормальным, не бил его или что-нибудь подобное.

 — В отличие от твоего отца.

 — Ага.

 — На самом деле…

 — Что?

 Она откашлялась: — Ну, пока я искала информацию, так или иначе ... У меня есть друг в Оклахоме, тоже писатель, он помог мне.

 — Оклахома? Помог в чем?

 — Имя твоего отца Джон Майкл Кинсмор?

 Это ошеломило его: — Откуда ты узнала?

 — Мой друг нашел его некролог.

 — Его некролог? — Его челюсть отвисла. — Он умер?

 — Шесть лет назад. Он упал с крыльца, ударился головой и лежал там, пока кто-то не нашел его  тело. Он умер от травмы головы. В его крови было столько алкоголя, что это было не удивительно, что он упал, удивительно то, как он вообще мог еще передвигаться.

 Райан долго смотрел на нее с немым удивлением. Потом он сказал:

— Ну, разве это не было предсказуемо?

— У меня было предчувствие, — Сара сказала, — так что я попросила своего друга просмотреть некрологи Оклахома—Сити за последние десять лет, и найти белых мужчин старше тридцати лет, с фамилией Кинсмор.