А руки машинально продолжали работать, хотя Котов уже почти физически ощутил, как тонкий наманикюренный палец девушки-снайпера мягко потянул спусковой крючок и пуля, ввинтившись в воздух, пронеслась над озером и пронзила навылет от виска до виска его совсем еще не седую голову... И все! Нет Котова! Нет руководителя "Агат-Богата", нет программного обеспечения, нет ничего - только кукла из мяса и костей, никчемная и никому не нужная.

Тютюка взвился. "Тарелка" подняла тревогу: объект контроля находился в неуравновешенном состоянии, сущность выбрасывала массу иррациональной информации. Это было опасно, потому что отрицательный потенциал Котова начал резко уменьшаться. Еще чуть-чуть, и все промежуточные результаты предобработки пошли бы насмарку.

Тютюка действовал по инструкции. Он дал длинный импульс на сброс негативных ощущений, и у Владислава разом исчезла дурацкая мысль о прибалтийской снайперше. Котов улыбнулся и начал грести сильнее, разгоняя лодку. Тютюка короткими импульсами вывел его на курс, который привел лодку в уже знакомую бухточку. Стажеру почему-то очень хотелось, чтобы Котов еще раз встретился с Таней.

"Меня как магнитом сюда тянет, - усмехнулся Владислав, обнаружив, что лодка, прошелестев через камыши, въехала в бухточку. - Неужели влюбился?"

На сей раз Таня оказалась одета в легкое белое платьице с пояском и резиновые "вьетнамки". Странно, но от этого она произвела на Котова куда более возбуждающее впечатление, чем прежде, когда была совсем голой.

- Извините меня, - промямлил Котов, хотя всего час назад собирался обойтись с Таней совсем по-иному. - Я вел себя по-хамски.

- Я сама дала к этому повод, - повинилась Таня, - не сердитесь...

- Хотите прокатиться? - пригласил Котов - Честное слово, я буду очень корректен!

- Я вам верю. - Таня встала на нос лодки, а затем легкими шажками перебежала на корму. Котов навалился на весла, лодка выскочила из бухточки на озеро.

- А где ваша подруга? - поинтересовался Владислав.

- У нее дела в городе.

- И вы приехали одна?

- Да. Вы уже спрашивали об этом утром.

- Извините, забыл. У меня после утренней встречи все как-то смешалось в голове. Вам неприятно вспоминать про утро?

- Нет, вы можете удивляться, но мне приятно. Просто я испугалась чего-то. Я не бесстыдница, но и не ханжа. Если быть откровенной, то утром я могла наделать глупостей. Могла, но не наделала.

- А почему вы считаете, что то, что могло произойти, было бы глупостью?

- Потому что это было бы похоже на какой-то животный акт, по инстинкту, без любви, без человеческих чувств.

- Поэтому вы оделись?

- Да, в какой-то степени поэтому. Одно дело ходить голой, когда это не пробуждает сексуальных чувств, другое - когда наверняка знаешь, что к тебе относятся неравнодушно. А вы, наверно, подумали, что я просто очень легкодоступная женщина. Я сама была виновата, мне захотелось поцеловать вас... И вообще... В общем, я с трудом преодолела себя. Извините...

- Вы меня удивляете, - покачал головой Котов, - я даже не знаю, чего от вас ждать...

- Ждать не надо ничего. Когда ждешь чего-то и это не приходит, то разочаровываешься. А если нежданно приходит что-то хорошее, то это всегда счастье. Вы мне очень нравитесь, Владислав, но я еще не разобралась в своих чувствах. Сколько вы собираетесь здесь пробыть?

- Осталось одиннадцать дней.

- Ну, у нас еще будет время встретиться.

- А стоит ли вообще встречаться? - прищурился Котов. - Я боюсь, что только разочарую вас...

- Больше всех вы разочаруете себя самого, - усмехнулась Таня.