С распахнутыми от ужаса глазами она выставила пред собою руки, но одежда скрывала их. Она едва дышала, когда задрав рукав обнаружила знакомый бронзовый оттенок собственной кожи.

Завернуть руки за спину оказалось делом нелегким, но ей нужно было знать остались ли... крыльев не было! Слава Богу! Ее спина оказалась гладкой там, где и должна была быть и угловатой, там, где и положено.

Захариил молча наблюдал за ней. Все еще стоя на коленях, самоуничтожая себя.

Аннабель безвольно опустила руки к своим бокам.

— Ты ударил меня, — произнесла она возмущенно. Страх сменился в ней разочарованием.

Его голова склонилась так, что подбородок уперся в грудину.

— Я знаю.

— И ты не знал, что это была я.

— Нет. Не знал.

Он даже не пытался защищаться. Он мог бы рассказать ей, что изменение внешнего облика человека является неслыханной вещью, и до этого, он вообще считал, что это невозможно. Он мог бы напомнить ей о ее реакции, когда он на ее глазах превратился в демона.

— Почему я превратилась? И как тебе удалось вернуть мне человеческий облик?

Он несколько раз посмотрел на нее.

— Расскажи мне сперва, что произошло в облаке? Затем я расскажу, что мне известно, или скорее сказать о собственных предположениях, не утаив не малейшей детали от тебя.

— Очень хорошо.

Он слушал ее рассказ, и периодически кивал. В конце концов, плечи его поникли, словно на них свалился непосильный груз.

— Облако на многое способно, — произнес Захариил, — но оно не способно превратить человека в демона. Насчет этого демон солгал тебе. У него просто не было силы сотворить подобное.

— Тогда, как же я превратилась, если облако и демон тут вовсе не причем? — страх пронзил ее, замораживая ее внутренности. — Это означает, что я больше не человек и моя внешность просто попыталась соответствовать внутреннему содержанию?

— Возможно. Я полагаю, что демон не просто отметил тебя. Я полагаю, что он заменил часть твоего духа.

Нет. Конечно же нет. Она бы знала об этом ведь правда же?

— Как такое возможно?

Он проник в твое тело на духовном уровне, и как лезвие способно отрезать конечность, так и он мог легко взять то, что ему потребовалось. Совсем немного, с десятицентовую монету. И заменил твой фрагмент, собственным. Этот акт связал вас куда глубже, чем просто супружескую пару... это объединило вас.

Раскаленная добела ярость сменила страх, и Аннабель начала колотить своими кулачками Захариила в грудь.

— Последний раз повторяю: Я не супруга демона, убившего моих родителей! Нет. И я вовсе не связанна с ним.

Он даже рук не поднял, чтобы защитить себя.

— Если он действительно так поступил, то ваши жизни плотно связаны. Он жив пока ты жива, и наоборот. Я не предполагал, что подобное возможно прежде, но теперь мне это стало ясно.

Множество вопросов роилось в ее уме, ее действия замедлились... остановились вовсе.

— Но... но... Зачем он подсылал других демонов ко мне? Если бы меня убили, и он бы умер.

— Помнишь, Тэйн упоминал, что что-то не дает ему, да и другим возможности обладать тобой? Полагаю, что именно это препятствовало им нанести тебе смертельный удар.

— Но я... я просто не могу быть связанной с ним. — И тотчас она ощутила ожег в груди, как и всякий раз, когда... отрицательные эмоции... брали над ней верх.

Верно! Ожег повлиял на ее трансформацию, а эмоции будоражили ожог.

Она рассказала об этом Захариилу, и он кивнул произнеся:

— В этом есть смысл. Вопрос только в том, зачем демону понадобилось это. Без твоего согласия, понимания или мечтаний по этому поводу, он нарушил один из самых высоких духовных законов: "Доброй воли".

Что-то в его тоне заставило екнуть ее сердце.