Ханна мгновенно насторожилась. Что это в голосе Райли – сарказм? И эта глумливая улыбка на лице Наоми… И вдруг ее осенило: они сейчас начнут злословить по поводу Лукаса. Насмехаться над его увлеченностью всевозможными кружками, над его дурацким жилетом, который он вынужден надевать, когда драет столы в Rive Gauche, над тем, что не играет в лакросс. По школе до сих пор ходил пущенный Эли много лет назад нелепый – и совершенно не соответствующий истине – слушок, будто Лукас гермафродит.

Ханна стиснула кулаки, ожидая нападения. Знала ведь, что все эти игры в «прости-забудь» слишком хороши, чтобы быть правдой.

Однако Наоми благодушно улыбнулась Ханне, а Райли цокнула языком:

– Везучая ты стерва.

Тощая, как модель, официантка положила на край стола кожаную книжечку с чеком. В другой стороне зала под любимым старым французским плакатом Ханны, на котором был изображен зеленый дьявол, танцующий с бутылкой абсента, сидела молодая парочка, на вид чуть старше двадцати. Ханна украдкой посмотрела на Наоми и Райли, двух девчонок, которые, сколько она помнила, всегда считались ее врагами. И вдруг перестала воспринимать как недостатки те их «пунктики», которые Ханна с Моной вечно высмеивали. Взять хотя бы любовь Райли к легинсам. Ведь, по сути, она стала законодательницей модной тенденции, поскольку начала носить легинсы еще до того, как Рейчел Зоуи одела в них Линдси Лохан. А Наоми с новой стрижкой действительно выглядела эффектно и заслуживала уважения за то, что рискнула столь радикально изменить свою внешность.

Листая журнал, Ханна внезапно ощутила прилив великодушия.

– Райли, а ты будешь смотреться сногсшибательно в этом наряде от Foley and Corrina, – заметила она, показывая на изумрудно-зеленое платье.

– Я тоже так подумала! – согласилась Райли, в знак одобрения ударив раскрытой ладонью о ладонь Ханны. Потом на лице ее появилось лукавое выражение. – Между прочим, до закрытия магазинов еще час. Не хотите забежать в Saks?

Глаза Наоми загорелись. Она посмотрела на Ханну с Кейт.

– Что скажете, девочки?

И у Ханны внезапно возникло ощущение, что ее укутали в большую уютную кашемировую шаль. Вот она здесь, в Rive Gauche, в компании девчонок, собирается пройтись по своим любимым магазинам. Все, что тревожило ее лишь несколько минут назад, улетучилось. Зачем изводить себя обидами и страхами, если ей предстоит отправиться за покупками с новыми лучшими подругами? Ханне вспомнился ее сон в больнице, куда она попала после аварии, сон, в котором Эли, склонившись над больничной койкой Ханны, сказала, что все будет хорошо. Может быть, Эли из ее видения имела в виду как раз этот момент.

Ханна взяла свою сумку, собираясь последовать за остальными, и заметила, что на экране BlackBerry высвечивается уведомление о новом сообщении. Она подняла голову и огляделась. Кейт надевала свое приталенное пальто. Наоми подписывала счет. Райли подкрашивала губы. По залу сновали официантки, принимавшие заказы и убиравшие столики. Откинув назад волосы, Ханна открыла сообщение:

Тот, кто не помнит прошлого, обречен снова и снова наступать на те же грабли. Не забыла еще свой «несчастный случай»? Сболтнешь кому-нибудь обо мне, и на этот раз я сделаю так, что ты больше никогда не очнешься.