В шестом классе, сразу же по окончании «Капсулы времени», Ханна пошла на благотворительную распродажу, устроенную в их школе, и в куче вещей, продававшихся за пятьдесят центов, заметила шарф Hermès, который кто-то по глупости туда положил. Буквально через несколько секунд к ней подскочила Элисон, похвалила Ханну за зоркость, и между ними завязался разговор. Ханна была уверена, что Элисон выбрала ее себе в подруги не потому, что она была красивее или стройнее других девчонок, и даже не потому, что не побоялась прийти во двор к Эли, чтобы украсть лоскут, – просто Ханна больше других подходила на эту роль. И больше других хотела ее сыграть.

Ханна пригладила волосы, силясь забыть свой разговор с Лукасом. Она завернула за угол и увидела, что Кейт, Наоми и Райли, глядя прямо на нее, разразились отвратительным смехом.

Неожиданно перед глазами у нее все поплыло, и вдруг оказалось, что не Кейт стоит там и смеется, а Мона. Это происходило всего несколько месяцев назад, за считаные дни до вечеринки по случаю семнадцатилетия Моны. Ханна никогда не забудет тот вихрь чувств – изумления, неверия, – захлестнувший ее, когда она увидела Мону вместе с Наоми и Райли. Словно самые лучшие подруги, они шепотом обсуждали Ханну, называя ее неудачницей.

Тот, кто не помнит прошлого, обречен снова и снова наступать на те же грабли. Неужели Кейт, Наоми и Райли смеются над ней?

А потом пелена рассеялась. Кейт, заметив Ханну, энергично помахала ей. «На следующей перемене встречаемся в «Заряде бодрости»?» – одними губами спросила она, показывая в сторону кафетерия.

Ханна кивнула, словно заторможенная. Кейт послала ей воздушный поцелуй и исчезла за углом.

Развернувшись, Ханна ринулась в туалет. Слава богу, там было пусто. К горлу подступала тошнота, и она, подскочив к раковине, склонилась над ней. В нос ударил острый аммиачный запах чистящих средств. Ханна приблизила к зеркалу лицо, чтобы видеть каждую пору.

«Они смеялись не над тобой. Ты – Ханна Марин, – беззвучно говорила она своему отражению. – Самая популярная девчонка в школе. Все хотят быть такой, как ты».

В одном из боковых кармашков сумки зажужжал ее BlackBerry. Вздрогнув, Ханна вытащила телефон. Одно новое сообщение.

В небольшой уборной, облицованной мозаичной плиткой, было тихо. С раковины на пол скатилась капля воды. Лицо Ханны, отражавшееся в металлической сушилке для рук, выглядело расплывшимся и бесформенным. Она заглянула под дверцы кабинок. Никого.

Сделав глубокий вдох, Ханна открыла сообщение.

Сообщение ушло. Не успела Ханна убрать телефон в замшевый чехол, он снова пикнул.

Полнейшая тишина в зале суда

– Ну и ну, – прошептала Ария, чувствуя, как у нее все внутри переворачивается.

Ее взгляд упал на парочку, медленно шедшую под ручку по тротуару от дальней парковки. Это были Элла с Ксавьером, оба в теплых шерстяных пальто.

Ария глубже надвинула большой отороченный мехом капюшон.