— Не продолжай, не надо, — вскинула руку Ирсайя. — Это вопрос я снимаю и хочу задать новый. Мне это позволено?

— Конечно. Ты можешь задать другой. Даже два, раз я так прокололся, — в голосе бывшего нищего явно чувствовалось облегчение. И чётки он перебирал довольно активно.

Королева окинула его испытующим взглядом. Уголки её губ насмешливо дрогнули.

— А знаешь, я, пожалуй, не буду спрашивать. Я, пожалуй, отдам это право Димиру. Пусть он спрашивает вместо меня. Думаю, так будет лучше. Согласен?

— Согласен, — быстро кивнул «торговец» и повернулся к Алине. — Твоя очередь, девочка. Надеюсь, ты не начнёшь меня тоже спрашивать про своих родственников?

Как по мне, попытка пошутить «Абдулазизу» не удалась. По лицу девушки мелькнула короткая тень.

— Вы угадали, почтенный. Я действительно собиралась задать вам вопрос, касающийся своих родственников. Причём, не только отца — я его тоже ни разу не видела — но и мамы. Но после подумала: а зачем? Зачем мне спрашивать то, что я знаю и так. Знаю, что моя мама любит меня и будет ждать, как отца. И что отец мой не умер и не сбежал. Раз мама столько лет ждёт его, значит, уверена, что дело не в смерти и не в предательстве. Что он просто не может вернуться. Пока не может. Так же, как я, например. И, возможно, по той же причине. Ведь таких мест, откуда, бывает, сложно вернуться, в нашем мире не меньше, чем в этом. Я теперь точно знаю, спасибо Димиру, — покосилась она на меня и вновь повернулась к «торговцу». — Так что теперь я, наверное, поступлю точно так же, как и её величество королева Ирсайя… Да. Решено. Именно так я и поступлю. Пусть мой вопрос за меня задаёт мой… мой наставник. У него это получится лучше. Я знаю.

— Принимается, — бывший нищий пробежал пальцами по бусинкам чёток и весело заявил. — Ты не поверишь, мой друг, но сейчас я тебе завидую. Жутко завидую. Твои спутницы так тебе верят, что отринули то, от чего никакая женщина никогда не откажется. Ради тебя они пожертвовали своим любопытством. Цени! — поднял он указательный палец. — Так что теперь ты можешь задать не один, а три… нет, целых четыре вопроса, и обещаю, на этот раз я отвечу на все, даже самые сложные.

— Даже самые сложные, говоришь? — почесал я в затылке. — Ну, хорошо. Начну, пожалуй, с простого. Ты хранитель этого мира?

— Хранитель? Да, пожалуй, что нет, — покачал головой «торговец». — Я, скорее, привратник. Своего рода проводник между пространствами и мирами.

— Проводник? — уцепился я за знакомое слово. — Я помню, мне говорил о таких погонщик из-под горы. Ну, в смысле, бесформенный. Уверен, ты его знаешь. Он, кстати, упоминал ещё о каких-то ключах… Ну да, всё верно. Он спрашивал: «Кто ты — творец, проводник или ключ?»

— Даже так? — усмехнулся «Абдулазиз». — Ну что же, если это второй твой вопрос, я постараюсь ответить полностью, без оговорок.

— Да, это мой вопрос номер два. Я желаю, чтобы ты рассказал нам об этих проводниках, творцах и ключах. Максимально развёрнуто. Кто они, что они и для чего?

— Кто они — можно понять из названий, — проговорил бывший нищий. — Творец творит. Ключ формирует ключи. Проводник проводит. Но это относится не к обычным материям и предметам, а к целым мирам. Творец создаёт мир, проводник — двери в него, ключ — то, что их открывает.

— Выходит, и мой мир, и этот были кем-то когда-то созданы, а «пирамидки с глазами» — это отмычки? Но только учти, это лишь уточнение, а не новый вопрос.

«Абдулазиз» погрозил мне пальцем, но возражать не стал:

— Ладно.