Loading...
Загрузка...

Изменить размер шрифта - +

Она промолчала.

Малоун почувствовал, как в нем разгорается ярость.

– На что такое важное наткнулась Кассиопея, черт побери, что ее подвергли пытке водой?

Стефани снова ничего не сказала, хотя было очевидно, что ответ ей известен. Она выразительно посмотрела на Ивана.

– Расскажи.

Русский задумался, и до Малоуна вдруг дошло, что Иван не простой оперативник. Он был из тех, кто принимает решения.

Как и Стефани.

– Витт, – наконец заговорил Иван, – разыскивает один артефакт. Светильник, которую хочет Карл Тан. Когда Соколов не сотрудничает с ним, Тан похищает его сын. Тогда Соколов делает две вещи, которые Тан не ожидает. Он звонит Витт и исчезает. Никто не видит Соколов вот уже две неделя. – Русский снова щелкнул пальцами. – Исчез.

– И тогда Карл Тан схватил Кассиопею? – спросил Малоун.

Иван кивнул:

– Я говорю да.

– Коттон, что произошло там сегодня? – спросила Стефани.

Малоун рассказал про анонимную записку, про пытку водой, про свою импровизацию.

– Мне показалось, лучше всего будет сыграть так. Разумеется, я не предполагал, что у меня будут зрители.

– Уверяю тебя, – сказала Стефани, – мы намеревались проследить за этой парочкой и узнать, куда они приведут. Затем я собиралась ввести тебя в курс дела. Убивать их не входило в мои планы.

– Вы, американцы, совать нос в мое дело, – недовольно проворчал Иван. – Затем хотите меня учить, что делать.

– Взгляни правде в глаза, – сказал Малоун. – Убив этих двоих, ты оборвал ниточку, которая могла нас куда-нибудь привести, так что теперь мы еще больше зависим от тебя.

Иван пожал плечами:

– Плохие вещи случаются. Берите что у вас есть.

Малоуну очень захотелось ткнуть кулаком в морду сукиному сыну, но он сдержался.

– Так почему же этот светильник имеет такое большое значение?

Иван снова пожал плечами:

– Он есть из старой гробница. Соколов должен его иметь, чтобы Карл Тан быть доволен.

– Где этот светильник? – спросил Малоун.

– В Антверпен. Вот почему Витт приезжает туда четыре дня назад. Она исчезает два дня спустя.

Малоуну захотелось узнать, что так встревожило русских, заставив их развернуть крупную операцию разведывательных служб с участием руководителя среднего, а то и высшего звена; притом они, стремясь расстроить планы американцев, не побоялись нагло, средь бела дня застрелить двух человек прямо в центре Копенгагена. Все это громогласно кричало, вопило: «Тут что-то важное». И почему в Вашингтоне заинтересовались этим настолько, что посчитали нужным привлечь «Магеллан»? Как правило, к Стефани обращались только тогда, когда обычные разведывательные каналы оказывались неэффективны. Определенно, Кассиопея наткнулась на что-то важное, раз кто-то решил подвергнуть ее пыткам. А что, если ее опять пытают, прямо сейчас? Те двое, что были убиты перед входом в «Англетер», не доложили своим боссам, поэтому тот, кто прислал видео, должен был догадаться о провале.

– Мне необходимо сесть за свой компьютер, – сказал Малоун. – Возможно, эти люди снова пытаются со мной связаться.

– Очень в этом сомневаюсь, – заметила Стефани. – Решив пойти на импровизацию, Иван тем самым, скорее всего, определил судьбу Кассиопеи.

Малоун не хотел это слышать, но она была права. Что лишь еще больше его взбесило. Он гневно повернулся к Ивану:

– Тебя, похоже, это нисколько не волнует.

– Я есть голодный.

Быстрый переход
Мы в Instagram