Так, что ещё? Возможно, что фсбшники всё-таки взяли опера. Но я думал, он выкрутится, это всё же хитрый жук с хорошими связями, его могли предупредить о том, что спецслужба проявляет к нему интерес. Поэтому и рассчитывал, что он всё равно явится сюда, раз выжил в разборке с Беляшом. И тогда он точно не избежит наказания. Того, кто убил мента — искать будут по всему городу. А вот если этот мент сам в розыске, сильно наследил и набрал себе влиятельных врагов, вроде Иванова — искать будут не очень тщательно.

Уже темнело, на том берегу ещё горел костёр, но народ уже начал собираться, все одевались. Ветер задул сильнее, с юга шли тучи. Поздновато уже. Подождём ещё немного, и если не будет результата — сворачиваемся.

Но едва я хотел сказать это парням, как увидел, что на просёлке засветились фары.

Вскоре рядом с воротами остановилась белая девятка. Ого, тачка Мажора? Барыга, которые толкает дурь у школы? И этот модный парень сам за рулём, только без своих тёмных очков, а волосы торчат дыбом. Отпустили из прокуратуры? Возможно.

Он вылез, снял сигналку, нажав на пульт, затем начал открывать ворота, сдвигая их в сторону. Силёнок не хватало, он пыхтел, пока воротина с лязгом катилась по направляющим на земле.

— А я ему говорю, — продолжал он вести диалог с кем-то, кто лежал на заднем сиденье девятки, растягивая гласные. — Начальник, чё ты гонишь? Нет у тебя на меня ничего! Брешут, собаки! Я вообще чист, как слеза младенца…

Он вернулся в машину, девятка заехала на территорию, остановилась у коробки из кирпича, которая должна была стать гаражом. Фары погасли, двигатель выключился.

Одновременно открылись передняя и задняя дверь девятки. Мажор вышел, продолжая жестикулировать, а из задней осторожно выполз лысый мужик в кепке и тёмных очках. Это опер Зиновьев шифруется, сразу его узнал.

Значит, Мажора отпустили, ведь ничего на него толком и не было, а наркоту он мог и скинуть. А может, решили проследить, куда поедет.

Хотя тогда бы хитрый опер не сел к нему в тачку. Ну или у него выхода больше нет, а больше выручить никто не может. Ну, не думаю, что они с ним друзья. Скорее опер пообещал заложить барыгу, если тот откажется помогать, или просто пообещал грохнуть.

А Мажор продолжал с жаром рассказывать, как его сегодня допрашивали. Не язык, а помело, говорит и говорит…

Так, скорее всего, он вёз Зиновьева не из самого города. Опер мог выбраться на своих двоих, чтобы не попасться, а Мажор забрал его в условленном месте и привёз сюда. Поэтому и рассказывает до сих пор, как его держали в прокуратуре, а ехали бы из города — уже закончил бы историю. Хотя Мажор оказался излишне болтливым, мог чесать языком и чесать.

Надо наблюдать, а потом действовать.

— Это он, — шепнул я брату, и он кивнул.

— А потом вообще говорит про какого-то чекиста, пацан типа что у него помер, и стращает меня, — Мажор пошёл закрывать ворота. — А я ему: я ваще не при делах. Я ваще не знаю, чё тут в вашем Мухосранске происходит, я из Москвы ваще-то.

— И барыжишь дурью, — со злостью проговорил мент. — Долги возвращаешь, а то все бабки родительские на шлюх и кокс спустил, д***б!

— Не барыжу, а схемы тебе предлагаю, по основам маркетинга, как нас учили в универе, — парень хохотнул. — Вот вы тут совсем отстали от жизни. Я тебе и скидки предлагал для постоянных клиентов, и… — из-за ветра я не услышал несколько фраз. — Но вы хоть пробнички освоили в своём бизнесе… а так-то я больше всех денег приношу. И долг тебе вернул, не наговаривай. Подзаработаю малясик, вернусь в Москву.

— Замолкни, москвич, — бросил опер. — Думаешь, я не знаю, что ты вообще из Воркуты родом.