– Ну-ну, крошка…

Пятидесятидолларовая банкнота из денег, подкинутых Фрэнку. Джон подтолкнул ее к бармену, прошипев:

– Мне срочно нужен телефон!

– Хорошо, моя сладенькая, мы могли бы сделать это, скажем… – Глаза бармена скользнули по портрету президента Гранта. Его правая рука выплыла из-под стойки, чтобы взять деньги…

Смял банкноту в шарик и бросил к ногам Джона.

– Конечно, моя сладкая, ты же знаешь, как я к тебе отношусь. Но этот старый медведь не захочет крутиться только ради меда, я просто слышу жужжание множества ульев…

Выбора нет. Прежде чем рука Джона добралась до бумажника с документами во внутреннем кармане, правая рука бармена опять скрылась из виду под стойкой.

Джон сунул удостоверение сотрудника ЦРУ под нос бармену:

– Освобождай этот чертов телефон, он мне нужен!

– Сладкая моя, тут на линии какие-то помехи. Я перезвоню тебе… Как только смогу. Пока, малышка.

Бармен повесил трубку и придвинул телефон к Джону.

– Надо было сказать волшебное слово.

Бармен направился к старику, наполнил его стакан виски.

Пронзительно зазвенел телефон.

– Джон Лэнг!

Шепотом, чтобы бармен не расслышал…

– Мужик, – прошипел в трубке голос, который он уже слышал по телефону, – ты меня удивляешь. Назначаешь контрольное время и заставляешь меня слушать короткие гудки!

– Ты Фил Дэвид.

– Мне известно, кто я, но я не перестаю удивляться тебе! Как ты раздобыл…

Джон решил сразу перенести разговор в нужное русло:

– Слишком поздно выяснять это. Что тебе известно о Мартине Синклере?

– Никогда не встречался с этим пижоном.

– Он мертв, висит вверх ногами в своем доме в Вирджинии.

Долгая пауза. Настоящая пауза.

– Нам необходимо встретиться, – сказал Джон, – или мы будем висеть рядом с ним. После Фрэнка, после Клифа Джонсона, после Мартина Синклера мы единственные, кто остался.

– У тебя есть санкция твоего управления?

– Если бы была, я не стал бы связываться с тобой таким образом.

– Не доверяй этой чертовой конторе. Каждому из них. Всем им.

– Я не допущу такой ошибки.

– Попробуй это сделать, и ты труп, малыш. Они от тебя мокрого места не оставят, уж я-то знаю.

– Ты этого не сделал, хотя мог. Поэтому я доверяю тебе.

– Возможно, это была моя ошибка. Что у тебя есть для меня?

– Мы можем выбраться из этого дерьма, если объединим наши усилия.

– Это ты так считаешь.

– Ты сам заварил эту кашу, – сказал Джон. – Вместе с Фрэнком, и теперь я завершаю начатое им дело.

– Ты придешь на встречу со мной, – сказал Фил Дэвид. – Один. Без хвоста. Без оружия.

Он сказал Джону, как и где. На вопрос, когда, ответ был: сейчас.

Они повесили трубки. Джон торопливо направился к выходу, напутствуемый словами бармена:

– Не возвращайся.

Глава 43

«Час пик. Все торопятся домой», – думал Джон, ведя машину по забитой автомобилями дороге. Дворники «тойоты» смахивали с лобового стекла дождевые потоки. Линии красных габаритных огней плясали перед лобовым стеклом. Желтые огни змеились в зеркалах. Одноглазая фара свернула на мокрую дорогу в трех машинах за ним. Джон сбавил газ.

Спокойней, двигайся спокойней. Все спешат домой.

«Я тоже скоро поеду», – пообещал он себе.