Ника? Или Рина? У последней есть невидимость, что делает её хорошим вуайеристом. Хотя не замечал за ней раньше такого.

Я замер, прислушиваясь ко всем окружающим звукам. Я бы мог услышать чужое дыхание или биение сердца, однако вампиры хорошо умеют их скрывать.

Ничего, кроме музыки из комнаты Валентина и шуршанию Подмышкина под потолком я не услышал. Тогда, по моей мысленной команде, мышонок сорвался в полёт и активировал свой сонар.

Я подключился к его разуму и почувствовал как звуковые волны, отражаются от всех предметов. В том числе и невидимой вампирши, что стояла в пяти метрах от меня.

Подмышкин приземлился прямо ей на голову, изрядно напугав и разозлив её.

— Ах ты мерзкая вонючая тварь! Уйди от меня! — завопила Рина.

— Кто ещё мерзкий? Он хотя бы не подсматривает за мной.

— Что? Ничего я не подсматривала! Я зашла случайно, не знала что ты там…

— А зачем невидимость включала?

— Чтоб ты меня не увидел, гений!

— Ладно, сделаем вид, что я тебе верю.

— Пф-ф, — изобразила надменность она.

— У меня к тебе есть вопрос…

— Ну задавай, раз есть.

— Что с Валентином происходит? Кто такой Эдуард и что они не поделили?

— О-о, это прекрасная история… — сказала Рина, сделав театральную паузу. —

История вампирской дружбы и предательства, любви и…тоже предательства.

— Так я угадал, Эдик у Валика девушку увёл?

— Не девушку — жену. Он с Георгиной был в месте три сотни лет! Представляешь?

Три сотни. Вы, люди, и десяти лет вместе провести не можете…

— Я не человек, — напомнил я.

— Не перебивай, ты ещё недостоин вампиром зваться…

Вот почему она стерва, а Ника только полустерва. Ну ничего, я их обоих ещё перевоспитаю.

— Блин, весь настрой испортил… Всё, не хочу с тобой разговаривать, — буркнула

Рина.

— Стоп, а где мой нож? — заметил я вдруг пропажу подарка.

Рина довольно умело сделала вид, что не понимает, о чём я.

— Что? Какой ещё нож?

— Не прикидывайся, сучка! Вот ты зачем в душевую ко мне прокралась!

— Ты охренел? Поосторожней с такими заявле… Эй, ты что дела…

Я на ускорении рванул к ней и попытался взять её руки. Но она спрятала их за спиной и прижалась к стенке.

— Я Адре всё расскажу! Он тебе руки оторвёт!

— Я вам обоим их поотрываю! Верни мой нож!

— Это не твой нож! Ему лет больше, чем тебе, раз так в десять!

— Да мне насрать. Валентин подарил его мне, значит, он мой.

Я прижал Рину к стене ещё сильней, чтоб она не могла пошевелить руками, и дотянулся таки до своего ножа. Девушка при этом тяжело дышала и, похоже, возбудилась.

— Что ты хочешь за него? Хочешь, я расскажу тебе всю биографию Валентина? А хочешь, можем пройти в мою комнату и продолжить разговор там, — медленно и очень сексуально произнесла Рина.