— А ты думал, — ответила за нее Ната. — В нашем отделе из тринадцати девчонок только у двух ее нет. Но одна из них лесбиянка, а вторая замужем, с двумя детьми, и ей муж не разрешает.
Она наклонилась над прикроватной тумбой, открыла ее и достала бутылку текилы. Приложилась сама, передала Лине. Та сделала глоток, а потом отдала бутылку и мне.
— Да вашу ж мать, — проговорил я, качая головой, и выпил этой мексиканской водки. Крепкая аж слезу выбила. — Вы и любовь сделали насквозь синтетической.
— О какой любви ты говоришь? — спросила Лина. — Это просто трах, и все, ничего больше.
— Ничего больше? — я повернулся к Нате. — А у нас с тобой тоже ничего больше?
— Можно я не буду отвечать на этот вопрос? Если не заставишь, я сделаю тебе лучший минет в твоей жизни.
— А я присоединюсь, — ухмыльнулась Лина и ткнула локтем мне в бедро.
От этих слов у меня снова встал. Хотя, честно скажем, у кого не встал бы? Ната это заметила, потянулась.
— Давай теперь меня? — предложила она, сделала еще глоток из бутылки и провела языком по губам, слизывая остатки текилы. — А она пускай посмотрит…
Глава 3
Выспаться мне в итоге не дали. Не знаю, что там девушки курили, но это их сильно завело, и мы протрахались весь остаток вечера и ночи. По очереди, с короткими перерывами. Короче говоря, затрахался я в край, причём в самом буквальном смысле. Но не скажу, что не понравилось.
Правда, когда сексуальный угар спал, я понял, что любви между мной и Натой никакой нет. Потому что человек, который любит, не стал бы позволять любимому ебать свою подругу. А я, с другой стороны, не должен был этого делать. Странно как-то получилось, у меня и не было никогда постоянной девушки, только случайные связи, а когда появилась, вышло так, что нас ничего кроме постели не объединяет.
Проснулся я, когда Ната уже уехала на работу, сходил в душ, позавтракал. Она, естественно, не готовила сама, хотя в квартире была роскошная кухня. Еду привозили из ресторана по соседству, и качеством и вкусом она сильно отличалась от готовых обедов из супермаркета. Теперь корпоратка стала заказывать в два раза больше порций, потому что на двоих.
Оделся, вышел из квартиры, заперев за собой дверь, спустился на подземную парковку, позевывывая, уселся за руль. Глаза красные, борода взъерошена, волосы мокрые, что, впрочем, не беда на такой жаре. Вздохнул, открыл бардачок, вытащил из него ингалятор, вставил в рот, зажал зубами, вздохнул.
Сердце заколотилось, тупняк отступил. Да, это крайняя мера, и пользоваться ей так просто нельзя, лучше бы я просто заехал в магазин и взял себе банку энергетика. Но кто сказал, что мое постоянное желание пить энергетики — не зависимость?
А мне нужно было через час быть на месте, а до него еще ехать. Причем по пробкам, в которых стоят новомосковские работяги, все, как и я, злые и невыспавшиеся. Вот такие вот дела.
Подъехав к клубу, я понял, почему его называли «Иглой». С наркотиками это не было связано никак, просто здание оказалось построено в старом стиле, наверное не то, что двадцатого, а девятнадцатого века, с высоким и тонким шпилем башни. Кому пришло в голову строить в чисто утилитарном городе такое? Нет, красиво, конечно, спорить не буду, да и у богатых свои причуды.
Но здание, очевидно, не принадлежало своему первому владельцу, уж тот-то с его тягой к красоте точно не стал бы открывать в ней клуб. Я припарковался в подворотне, отметив, что рядом стоит машина Чеха, вышел, поставил тачку на сигнализацию и двинулся ко входу.
За первыми дверьми стоял совсем молодой парень с шокером на поясе. |