Мне оставалось только восхититься тем, как убедительно наемник сыграл волнение. Да, если бы он не был тружеником ножа и ствола, то вполне мог бы пройти актерские курсы и попробовать себя в кино. Или в театре, такая штука в нашем мире тоже существует, правда ходят в него, как по мне, сумасшедшие.

— Принял, — послышался из рации ответ.

Чех положил рацию на место, врубил сирену и притопил педаль газа. Чем больше народа, тем больше суеты. А нам именно она и нужна, чтобы никто внимания не обратил.

Скоро он остановил машину перед лестницей, которая вела ко входу в башню. Въезда тут не было, и это странно. Хотя, возможно, ее проектировали так, чтобы скорая не приезжала сюда, а прилетала. Впрочем, «летуны» у скорой были, но совсем немного. Большая часть из них работала для людей с «золотой» или «платиновой» страховкой, тем, кто выплачивал большие суммы каждый месяц, и чьи биомониторы напрямую отслеживались в специальных центрах. Там не только бригаду, там могли и тяжеловооруженный отряд отправить, чтобы человека спасти.

Стрельба не утихала, но работали уже не длинными очередями, а короткими. Видимо это сперва кого-то покрошили. Лезть внутрь было опасно, охранники «ИнвестТеха» нас могли принять за нападавших, а отморозки с улиц за подкрепление обороняющимся. Всякое могло случиться.

— Дождемся легавых, — сказал Чех и все-таки заглушил двигатель. — Они оцепят территорию и нас пропустят.

— А мы не должны сразу внутрь пойти? — спросил Дэн. — Там так-то люди умирают.

— По инструкции мы должны в первую очередь о себе думать, — сказал Ник. — Остальное к полиции и спасателям. А если нас там положат, то никто уже никого не спасет.

— Как будто мы действительно кого-то спасать собираемся, — проговорил я.

— Ну вообще действительно придется кого-то отвезти в больницу, — ответил Чех. — А там, как отъедем, уже затеряемся, бросим тачку и в разбег. Ну, где легавые-то…

Полиция приехала скоро, сразу на трех машинах, причем одна из них была броневиком местного СОБРа. Или чего-то подобного, короче, отряда крутых ребят, которые вламываются в самые злачные места и вламывают всем пиздюлей.

— Выходим, — сказал Чех. — Наши приехали.

Я открыл дверь, впустив в салон прохладный ночной воздух, и выбрался наружу. Остальные последовали моему примеру. Машины остановились, перегородив спуск из башни, наружу посыпался народ. Как легавые, так и какие-то крутые парни в камуфляже. Они еще и заряжены имплантами были с головы до ног, запакованы в штурмовые бронежилеты пятого класса, да еще и со стволами, полностью обвешанными разными приблудами на планках. Даже не скажешь, что полиция, больше на каких-то контрактеров, работающих на пиджаков похожи.

Эти самые боевики построились рядком и, прикрывая друг друга, двинулись а здание. Остальные полицейские остались снаружи, заняли позиции за машинами, но оружия почти никто не достал. Все они выглядели расслабленными, кто-то даже закурил.

— О, а вы как здесь? — спросил один из них, с погонами майора на плечах.

— Так на стрельбу приехали, — ответил Чех, видимо, решив, что ему стоит говорить за всех. — Помощь оказывать.

— Помощь, — усмехнулся майор. — Там, где «волки» пройдут, там помощь уже оказывать некому. Всех покрошат.

Так вот, кто были эти парни, «волки».