— Не убивать? — переспросил я. — Знаешь, я бы тебя отпустил, и даже денег с тебя не взял. Да только вот, прости, не верю я тебе. Не уедешь ты никуда. Выйдем на улицу, и ты сразу же «эсбешников» своих притащишь. Знаешь, я тут познакомился с одним из них, он меня на работу звал. Уж извини, но с ними связываться я не хочу.

Я перехватил пистолет левой рукой, он лежал в ее ладони так же уверенно, как в моей «профильной» руке. Странные дела. Похоже, что я действительно становлюсь амбидекстром. Проверить бы еще, как это работает.

Раньше, говорят, люди от руки писали. Но теперь-то этим никто не занимается, проще текст набрать, тем более, что ни на какие кнопки даже нажимать не приходится. Текст сразу из мыслеречи в сообщения превращается.

Надо бы поговорить об этом с Ником при случае, рассказать, что со мной происходит. Правда, это придется и про пиджаков, которые меня взяли, рассказывать. Ладно, посмотрим.

Только надо сперва закончить с этим хлыщом.

Я развернулся, подобрал с пола пудовую гирю, резко выжал ее вверх, что не стоило мне никаких усилий. Ну да, импланты и не такое позволяют. Наверное, если еще несколько искусственных мышц себе пересадить, я смогу и машину от земли оторвать, и продержать какое-то время.

Обойдя скамью справа, я поставил ногу на грудь «пиджака», прижимая его к жесткой поверхности так, чтобы он не мог подняться.

— Тебя предупреждали, — сказал я. — И денег мне твоих не надо. Сидел бы тихо — работал бы дальше, жил, развлекался. А теперь, увы, тебе одна дорога — в переработку.

— Нет! — успел крикнуть он, когда я размахнулся и опустил спортивный снаряд ему на голову.

Один раз, второй, третий, и так, пока его голова окончательно не превратилась в кровавую кашу. Интерфейс сообщил, что я убил его уже вторым ударом, но я продолжал долбить раз за разом. А потом отбросил в сторону гирю, покрытую кровью, клочками кожи и волос.

Поднялся и выдохнул, и услышал звуки, словно кто-то прочищал плотно забитую трубу. Развернулся — это блевала Ната. Похоже, что для нее это оказалось уже слишком. Впрочем, ничего удивительного, мы ведь жили в совершенно разных мирах. В моем люди убивали друг друга, в ее тоже, но если мы дрались за выживание, то они за власть. И мы убивали своими руками, а они с помощью интриг. Так что разница есть, но не такая уж критическая.

Я подумал, не оставить ли ее прикованной, но потом решил, что это будет уже слишком. Не торчать же ей тут с трупами. Да и спортзал, очевидно, заброшен, так что вряд ли кто-то сюда придет и выпустит ее.

Искать ключи не было желания, поэтому я спрятал пистолет за пояс под куртку и подошел к девушке, старательно обойдя лужу рвоты на полу, схватился за наручник справа, и одним резким движением разорвал цепь. Проделал то же самое с левым. Ну, вроде бы можно уходить.

Ната посмотрела на меня с сомнением, а потом вдруг сделала шаг в мою сторону, и обняла, обхватила руками, прижалась к груди.

Я замер. Пару дней назад я чувствовал к ней сильную привязанность. Теперь же не ощущал абсолютно ничего. Совершенно чужой мне человек.

— Я знала, что ты придешь, что не оставишь меня. Они схватили меня на выходе из дома, заставили сесть в машину, а там оказалась глушилка. Привезли сюда, этот урод сказал, что и тебя тоже скоро притащат, а потом с нами обоими поквитаются.

Аккуратно разжав ее руки, я сделал шаг назад.

На самом деле с ней было неплохо. Даже если не брать в расчет эмоциональную связь, которой в общем-то и не имелось. Чисто с утилитарной точки зрения. Она договорилась о прикрытии для меня, у нее была большая квартира. Мягкая кровать, вкусная еда, качественный секс, да еще и разнообразный.