Комиссар Пачинетти, который тщетно пытался добиться признания во время долгого и изнурительного допроса, дал понять, что предъявление окончательного обвинения зависит от экспертизы ДНК.

Франческа перечитала статью два раза и вдруг вскочила. Пробежала через кафе. До самого конца, за длинную стойку и темные столы. Открыла дверь и спустилась по узким ступеням, освещенным блеклым, мигающим неоновым светом. Мраморные ступеньки были влажными и скользкими от мокрого мусора. Грязные стены пахли плесенью. Она спустилась в самый низ. Открыла дверь, потом еще одну.

Темнота.

Она отыскала выключатель, висевший рядом с влажной кафельной стенкой. Слабый свет осветил унитаз, расколотую раковину и кусок зеркала и огромную надпись, гласившую: «Нас имеют в зад двадцать четыре часа в сутки. Позвони по номеру 3212723, если хочешь к нам присоединиться». Пахло дешевым дезодорантом и мочой.

Франческа нагнулась над унитазом, и ее стошнило мимо. Все, что оставалось от завтрака, она оставила там, на полу, на черном кафеле.

Так и стояла согнувшись, пока не перевела дух и не провела по лицу руками.

Что происходило?

Мир сошел с ума.

Джованни Форти.

Ее мужчина. Ее бывший парень.

…Тот, с кем ты в первый раз занималась любовью, тот, с кем ты два года жила в одной квартире, тот, которого ты любила до одури, тот, с кем ты провела отпуск в Греции, тот…

…Тот был убийцей.

Убийцей из Париоли.

Франческа видела фотографии, кадры по телевизору. Они хорошо отпечатались у нее в мозгу.

Она помнила Анджелу. Анджелу Думино. Анджелу двадцати пяти лет от роду. Анджелу студентку.

Голую. Распластанную на двуспальной постели в пентхаусе. В Париоли.

Мертвую.

Пронзенную длинными заостренными булавками. Повсюду. В груди, в глаза, в сердце, в половые органы. И алый матрас, превратившийся в огромную губку, пропитанную кровью. Рот открыт, и глаза открыты. Волосы — просто пучки, склеенные свернувшейся кровью.

Дело рук психопата.

Ее снова стошнило. Потом она прерывисто зарыдала.

Поднялась по скользким ступеням, как зомби. Прошла через бар. Ничего не видела и не слышала. Вышла на площадь, под дождь. Подняла руку.

Рядом остановилось такси.

Она села в него и машинально назвала свой адрес.

Они не того задержали. Это явно ошибка.

Теперь ей было почти смешно представлять Джованни в образе серийного убийцы. Какая ерунда!

Этого просто не могло быть.

Джованни, она его знает. Прекрасно знает. Джованни — самый спокойный и нормальный человек из тех, кого она когда-либо знала. Парень с головой на плечах. Основательный. Мозги всегда варили нормально. Парень, который больше всего хотел зарабатывать деньги, жениться на девушке из хорошей семьи и купить себе парусную лодку, чтобы держать ее в Порто Эрколе.

Разве нет находящихся вне подозрений, основательных, прячущих внутри себя ужас и безумие? Разве не они — самые страшные психи? — услышала она внутренний голос.

Нет. Нет. Нет.

Это явно ошибка.

Конечно.

Полиция ни черта не понимает. Подозревает не того.

Конечно.

Она вышла у дома. Заплатила за проезд гораздо больше, чем следовало. Таксист пытался дать ей сдачу, но она уже исчезла. Проковыляла по лестнице, держась за перила.

Она должна была кое-что увидеть.

Сейчас же.

Немедленно.

Кое-что, от чего кровь стыла в венах и дыхание превращалось в нервный хрип. Ужасная догадка.

Она открыла дверь и понеслась в спальню. Откинула покрывало, свисавшее до пола, и просунула руку под кровать. Туда, где лежали ее чемоданы. Вытащила самый большой, красивый чемодан из темной кожи, который ей подарил…

…ее серийный убийца.

Открыла его, дернув за ремни.