НОМЕ

Лобстер выскочил из комнаты и, пригнувшись, бросился к входной двери, полагая, что вдогонку ему прозвучит характерный хлопок погашенного глушителем выстрела. Ещё ничего не успевший понять Никотиныч смотрел на него в изумлении.

— Лобстер, не надо! — прозвучал из комнаты женский голос. В голосе этом, похожем на звон серебряного колокольчика, было что-то неуловимо иностранное — то ли акцент, то ли интонации. Лобстер замер, не успев открыть дверной замок.

Теперь уже испугался Никотиныч. Он щёлкнул выключателем и уставился на миниатюрную девушку восточной внешности, которая сидела на стуле по-турецки, подложив под себя ноги. Чёрные, как воронье крыло, волосы, были коротко пострижены, тёмно-карие глаза при электрическом свете походили на влажные ягоды смородины. В руках у неё были коралловые чётки. Тонкие пальцы с ярко накрашенными ногтями теребили розовые камешки.

— Что вы здесь делаете? — спросил Никотиныч, выдавая голосом крайнее волнение.

— Ждала вас, здравствуйте, — кивнула девушка. — Меня зовут Хэ Дзянь. Гоша говорил вам про меня. Родом я из Южного Китая.

— Но как вы?.. — начал было Никотиныч. Он явно хотел высказать, насколько возмущён ночным вторжением, но боялся.

— Если вы не будете задавать глупых вопросов, я расскажу всё по порядку. Пожалуйста, выключите свет, — попросила девушка. — За квартирой установлено наблюдение. Я здесь, как говорится, с официальным визитом.

Никотиныч послушно щёлкнул выключателем.

— Садитесь, — предложила девушка, будто она была хозяйкой в доме.

Никотиныч с Лобстером одновременно опустились на диван. Они сидели перед ней, как первоклашки, не выучившие урок. Несмотря на то что свет был выключен и комната погрузилась в темноту, Лобстер представлял её удивительно красивое лицо, блестящие волосы, тёмные глаза и тонкие пальцы, перебирающие розовые коралловые чётки. Он тут же вспомнил рассказ Гоши о своих китайских приключениях и девушке, которую он привёз в чемодане.

— Гоша говорил о вас, — сказал Лобстер.

— Гоша мёртв. Его нашли две недели назад в ванне с копьём в груди.

Лобстер вздрогнул, когда она произнесла слово «мёртв», и дрожь эта передалась Никотинычу. Он вдруг поймал себя на мысли, что подсознательно ожидал услышать эту страшную весть. Тут же в памяти всплыли последние слова Гоши, его панковский хохолок, похожий на окровавленный коровий рог, крепкое рукопожатие, насмешливый циничный взгляд.

— Основная версия — убийство из ревности. Они нашли чью-то косметичку. Сейчас оперативники прощупывают всех, кто был с ним связан. Придут и к тебе. В квартире есть твои отпечатки, и на копье тоже.

— Там столько народу было, я-то тут при чём? — Голос Лобстера сорвался. Он тут же вспомнил историю с актрисочками, которые из-за него чуть глаза друг другу не выцарапали. Рассматривал ли он в тот вечер копьё?

— Неважно. Это подстава. Ты кому-то очень сильно помешал. Давайте по порядку и без паники. — Хэ Дзянь опустила ноги на пол. — О чём был ваш последний разговор?

— Гоша сообщил, что меня искали какие-то люди, — произнёс Лобстер. — Но он ничего им не сказал про меня.

— Можно подумать, мы живём на Луне! — сказала Хэ насмешливо. — Они могли найти тебя и без его наводки. Гоша хотел предупредить, но убрали его по другой причине. Всё дело в том, что он был сотрудником ФСБ и занимался хакерами.

— Кем — нами? — не сразу поверил её словам Лобстер. Не вязалась прикольная киберпанковская внешность Гоши с погонами сотрудника безопасности.