|
– С трудом сдержавшись от пожатия плечами или же разведения руками, выдал своё предположение Александр. – В случае же разворачивания производства универсальных пулеметов и пушек, одинаково годных всем, не менее половины подобной продукции непременно начнут забирать себе сухопутные войска и флот. Стало быть, начнет трещать по швам план по сдаче самолетов и кто то в этом будет виноват. А быть виноватым не желает никто.
– Как и вы, товарищ Геркан, не желаете быть виноватым в срыве плана обеспечения войск самоходными установками ПВО. Верно? – хитро улыбнулся в усы Сталин, как бы разгадавший иезуитский план «танкиста». Хотя для знающих людей там и так всё плавало на поверхности. – Как и я не желаю, товарищ Сталин, – повинно склонил голову «раскрытый краском». – Потому и предлагаю подобный компромисс, который окажется, пусть не самым выгодным для всех, но позволит решить имеющиеся проблемы, как с острой нехваткой зенитного прикрытия сухопутных войск, так и описанной мною слабости нынешнего авиационного вооружения. – Хитрый ты, товарищ Геркан. Ой, хитрый, – прищурившись, покачал головой Иосиф Виссарионович и, дымя папиросой, отправился обратно в сторону своего кресла. [1] Ту 2 – советский фронтовой бомбардировщик времен ВОВ разработки «Туполевской шарашки». [2] И 189 – это АИ версия уменьшенного в размерах реального И 185, который создавался под более крупный и широкий мотор М 71. [3] И 21 – это АИ версия существовавшего в реальности МиГ 9Е. [4] ЛаГГ 5 – это АИ аналог реального Ла 5. [5] Алексей Иванович Шахурин – Народный комиссар авиационной промышленности СССР.
Глава 17 Проблемки и ПРОБЛЕМЫ
– Бам! – отозвалась звонким выстрелом 45 мм противотанковая пушка, и на бортовой броне стоящей в поле самоходки StuG III расцвел всплеск стальных искр от разлетевшегося на куски снаряда. Наводчик оказался мастером своего дела и на дистанции в километр чётко положил снаряд в указанную цель. Беда, связанная с отбраковкой огромного количества бронебойных снарядов натолкнула Геркана на одну интересную мысль, которую тот и поспешил, сперва записать в свой блокнот, а после протолкнуть её реализацию в войсках. Практические занятия противотанкистам всё равно требовались во всё возрастающих масштабах, а тут вдруг под рукой оказалось под полмиллиона не годных для применения в бою, но очень годных для проведения учебных стрельб унитаров. Казалось бы – много! Аж пятьсот тысяч штук! Но, учитывая наличие в войсках свыше 15 тысяч сорокапяток, на каждое орудие выходило всего чуть более 30 патронов. А если вдобавок делить по месяцам, и вовсе курам на смех получалось – по 3 выстрела в месяц на пушку. В результате, вместо того, чтобы тратить время и средства на их разборку, против чего ну очень сильно выступал наркомат боеприпасов, было оперативно решено потратить их таким вот образом – расстреливая на полигоне корпуса разукомплектованных и списанных боевых машин. В число которых к середине лета 1942 года добавились и «распотрошённые останки» некоторой немецкой бронетехники. Уж больно сильно промышленники обрадовались возможности открутить себе от поставленных еще весной в СССР германских танков, самоходок и броневиков те или иные интересующие их детали, да устройства. Как результат, не менее десятка единиц зарубежной бронетехники оказались вовсе раздеты догола, что и определило их дальнейшую судьбу становления мишенями. – Хороший выстрел, – прокомментировал стоявший тут же Александр, отнимая от глаз бинокль. – А теперь давайте кондиционным снарядом. – И, не обращая внимания на посыпавшиеся со стороны командира орудия приказы, вновь поймал в оптику силуэт стоявшей на удалении в километр приземистой самоходки. |
