Рванулся, растолкав трупы, и оказался лицом к лицу с еще одним сумасшедшим, а точнее сумасшедшей: девушкой, совсем еще девчонкой, руки которой оказались по локоть в крови. С диким ревом, я рванулся на нее, врезался всем телом, отшвырнув в сторону, и побежал дальше. За мной были слышны шаги, поддавшиеся влиянию газа, бежали за мной.

Я посмотрел на свои руки: они были по локоть в крови, только чужой. Особенно досталось той, в которой я держал нож, да и сам клинок был весь в чужой жизненной влаге.

Навстречу мне из-за поворота выскочил еще один безумец, но я просто оттолкнул его в стену. Обернулся, и увидел, что позади началось месилово. Моим преследователям он чем-то не понравился, и они решили разобраться сперва с ним. Ну что ж, это даст мне небольшую фору.

Выскочив на лифтовую площадку, я оказался обстрелян, тут же спрятался за угол. Высунулся, и увидел, как пятеро парней стоят у самого прохода, все они были вооружены автоматами. Противогазов на их лицах не было, но они, очевидно, в свое время озаботились установкой назальных фильтров.

Черт, и ведь кричать им никакого смысла нет, они попросту не ответят, потому что, если откроют рты, то тут же хапнут газа. Вот это-то и недостаток встроенных фильтров перед респиратором: да, они всегда с тобой, зато говорить ты не сможешь.

Но я все-таки решил попробовать:

— Не стреляйте! — заорал я. — Я не безумен! Я нормальный!

Махнул рукой, и мимо тут же пролетело еще несколько пуль. Похоже, что они решили держаться до последнего, и не обращать ни на кого внимания.

Обернувшись, я увидел, что толпа бежит за мной, и она совсем рядом. Времени на церемонии у меня не было, поэтому я решил рискнуть.

Убрав нож обратно в ножны, я схватился за рукоятки автомата, на всякий случай сменил магазин, отметив, что у меня их осталось всего два. Выдохнул, активировал ускоритель рефлексов, и, пригнувшись, сжавшись, словно пружина, выскочил из-за укрытия.

Парни стояли кучно, и в этом не было ничего удивительного: безумцы ведь не стреляли в ответ. А так они минимизировали площадь участка, который обороняли. И это сыграло с ними плохую шутку.

Загрохотали выстрелы, и парни повалились друг на друга. Меня несколько раз ударило в грудь, они продолжали инстинктивно целиться в мишень, но пластина по-прежнему держала пули.

Обернувшись, я увидел, что толпа совсем близко. Рванулся в сторону пожарной лестницы, рванул на себя двери, ворвался внутрь и потянул ее на себя, что было сил.

В дверь ударили один раз, второй, а потом рванули на себя, крепко, однако я удержал. Впрочем, это не меняло того факта, что я загнал себя в очень сложную ситуацию. Открою — затопчут.

Свободной рукой сорвав с шеи автомат, я отцепил карабин ремня сперва с одной стороны, а потом со второй. А потом просунул его между ручками двери, обмотал в несколько туров и крепко-накрепко завязал.

Выдержит? Ну какое-то время да, а потом, очевидно, дверь сломают.

Я отпустил, после чего припустил вниз по лестнице. Пролеты были широкими и длинными, эта лестница ведь должна была служить для эвакуации большого количества людей.

Этаж за этажом я спускался вниз, запыхался, стекло запотело, воздух входил в легкие со все большим и большим трудом. Очень хотелось стащить с себя эту чертову маску, да только вот увы, возможности такой у меня не было.

Я продолжил бежать вниз. Двадцатый… Десятый… Пятый… Мне повезло: на лестнице не было ни души.

Предпочтительнее было бы покинуть мегабашню через подземную парковку, однако пожарная лестница туда не вела, она заканчивалась на первом этаже. Поэтому мне придется пробираться через него.

Остановившись внизу, я несколько раз глубоко вдохнул, пытаясь провентилировать легкие.