Господи, как же хорошо он пахнет! Сильные длинные пальцы обернулись вокруг моей щиколотки, и я зажмурилась от удовольствия. Стыла и горела, пока легкое дыхание ласкало мне кожу. И вдруг все прекратилось. Я открыла глаза и увидела, как он облизывает нижнюю губу. И улыбается.

Он же только, что поцеловал мою ногу! Откуда такое вожделение?

Ремингтон поднялся на ноги и отошел как ни в чем не бывало. Словно его мир никак не изменился, а мой мир вращался вокруг одно, но безмерно горячего поцелуя.

– Нам пора идти, пока заказ не отменили.

У Ремингтона Сен Жермена очень красивые губы, которые так и хочется целовать до потери сознания. Такие… желанные. Я отбросила все похотливые мысли и встала, одернув тёмно лиловое платье и разгладив ладонями ткань на заднице. А потом подошла к кровати, взяла чёрный клатч, серёжки и колье.

Я кожей чувствовала обжигающий взгляд и широко улыбнулась, зная, что Ремингтон не видит моего лица. Так и знала, что платье с глубоким вырезом на спине свое дело сделает. Как всегда.

ГЛАВА 13

СЕЛЕНА

Мы уже подошли к лифтам, когда Ремингтон замешкался и украдкой бросил взгляд вправо на дверь к лестничной площадке. Засунув руки в карманы брюк, он посмотрел на меня, а потом перевёл взгляд на крошечное электронное табло с бегущими вверх красными цифрами.

Что могло нанести такой непоправимый вред, что его настолько пугает сама мысль зайти в лифт?

– Мы можем спуститься по лестнице.

Его лицо стремительно бледнело.

– Нет, – Ремингтон посмотрел на мою обувь. Закатив глаза, я наклонилась, сняла туфли и взяла их в руки.

Нахмурившись, Ремингтон отобрал у меня обувь, присел на корточки и с упрямым выражением на красивом лице  вновь одел её мне на ноги. В конце коридора открылась дверь, и из номера, хихикая и целуясь, вышла молодая парочка. На нас они не обращали никакого внимания. И в этот момент приехал лифт.

– Поедете на следующем, – заявил Ремингтон безапелляционным тоном, потом схватил меня за руку и затащил в отделанную бархатом кабину.

Отпустив руку, он повернулся ко мне спиной и прижался лбом к стенке лифта. С каждой секундой его дыхание становилось всё более прерывистым.

Господи, у него началась гипервентиляция, и, вероятно, прямо у моих ног он свалится в обморок.

– Почему ты такой упрямый? – пробормотала я. Бросив на пол клатч, я втиснулась между Ремингтоном и стенкой лифта.

Подняв голову, он медленно приоткрыл глаза и посмотрел на меня в замешательстве.

– Обними меня.

Без колебаний Сен Жермен притянул меня к себе. Я начала поглаживать его по спине, иногда пропуская сквозь пальцы мягкие шелковистые волосы на затылке. Господи, какие же они приятные на ощупь. А его запах… Так, наверное, пахнет в раю. Куда бы моя рука не скользнула, везде одни твердые мышцы. Я не совсем была уверена, что делаю, но это, кажется, помогало. Ремингтон опустил голову мне на плечо и уткнулся носом в шею. Затруднённое дыхание медленно выровнялось, и хватка рук на моей талии ослабла.

Через несколько секунд, звякнув, открылись двери лифта. Ремингтон отстранился и посмотрел на меня так, словно видел впервые.

– Спасибо, – опустив руки, он наклонился, поднял мой клатч и вышел из лифта.

– Не за что, обращайся в любое время, – тихо ответила я и пошла следом за ним.

На его лице вспыхнула улыбка.

– Я ведь могу принять твоё предложение. Откуда ты знала, что нужно делать?

– Я не знала. Если честно, просто хотела, чтобы тебе стало легче.

Он отвёл взгляд, когда кто то окликнул его по имени.

– Подожди секундочку, сейчас вернусь, – Ремингтон подошёл к стойке администратора, по хозяйски зажав мою сумочку под мышкой, словно клатч мог куда то сбежать.