– Мы! – взревела толпа. – Перебьем ДИшки!

– Вот и ладно, значит, так и начнем драку. Расстреливаем разведчиков, выставляем против них все, что, по их мнению, у нас есть. Если повезет, выведем пару имперских пикетов из игры, взорвем несколько ДИшек, может, даже обездвижим одну из каракк, хотя даже Калриссиан не поставит на нашу победу.

Мако переждал громовой хохот.

– Эй, Ландо! – заорал кто-то в толпе. – Ставки принимаешь?

– Где-то здесь, – заговорил Соло, – иперское начальство вызовет свои легкие корабли из авангарда и прикажет им увеличить скорость атаки и силу огня, потому что будет думать, что увидел все, что у нас есть, и ныне будет нас убивать. До сих пор он будет придерживать тяжелые крейсера, беречь их, они ему нужны, чтобы раздолбать Нар Шаддаа. Когда сначала пикеты, а затем авангард завяжут с вами бой, критически важно, чтобы все оставались на своих местах! Там у вас будет шанс перегрузить их щиты. Затем достанется и вам, и напарнику, поэтому вы оба уходите! У кого есть торпеды или ракеты, могут неплохо потрепать корветы таможенников.

Хэн осмотрел свое разношерстное войско долгим серьезным взглядом

– Парни, там будет невообразимая свалка. Гражданские корабли, которые хотят убраться отсюда подальше, наши истребители вперемешку с импами. Не теряйте голов! Оставайтесь на позиции! Оставайтесь на чеку! Позаботьтесь о том, чтобы кто-нибудь на вашем корабле слушал комлинк на тот случай, если нам понадобится перевести вас на другое место. Поняли?

– Поняли! – донеслось несколько неуверенных голосов.

Хэн состроил изумленное лицо и приставил к уху ладонь.

– Эй, я состарился и оглох, или что? Я спросил вас, ребята, вы поняли?

– Да! Всем ясно! – грянуло с новой силой.

– Так-то лучше, – заметил Мако. – Ну что ж, тогда вперед. Честно говоря, друзья мои, мы ждем, что вы ощиплете перышки имперским пикетам и авангарду; нас больше, и это наш дом, наша земля. Мы ждем, что вы взорвете по меньшей мере половину, чтобы до смерти изумить господина адмирала. Но когда он преодолеет шок и расстройство, то начнет чуть больше уважать нас… Мако сделал драматическую паузу, и зал взорвался криками «о да!» и «мы научим их уважать нас».

– Это уж точно! – присоединился к общему ору Хэн.

– Ладно, но этот имперский адмирал не будет стоять долго с отвалившейся челюстью, как мне это не противно, – предположил Мако. – Нет, он подумает: «Да как они посмели?» и пошлет в бой тяжелые корабли. Можно ждать как минимум два-три тяжелых крейсера, возможно, даже один, а то и два дредноута. У этих толстячков и щиты помощнее, и броня понадежнее, и пушки будь здоров. Если честно, друзья мои, против них нам крыть нечем. Их нам не сдержать, не то что поцарапать.

В аудитории повисло тяжелое молчание разом протрезвевшего народа. Хэн даже испугался, что здесь они растеряют добровольцев, но никто не встал и не вышел из зала.

– Но, – сказал Мако, – вот в чем фокус. Если мы действительно повредим одного или двух бомбовозов, импы почти наверняка отступят, поскольку задания им не выполнить, а стандартная доктрина требует в случае потерь бежать, если не можешь победить.

– А как мы их повредим, Мако? – поинтересовался контрабандист-человек.

– Хороший вопрос. Мы выработали стратегию и надеемся, что она нам поможет. Слушайте внимательно, ребята. Когда толстяки навалятся на нас, мы притворимся, будто сдаемся. Я передам по комлинку сигнал к отступлению.