Пять минут спустя доки были заполнены двенадцатью ДИ-истребителями и еще три расположились в отсеке для челноков. Радары показывали, что поблизости больше нет истребителей, которых можно было бы подобрать, так что Фел приказал перевести «Гордость» на полную скорость, чтобы догнать остальную эскадрилью.

Через минуту над панелью коммуникатора материализовалась маленькая голограмма адмирала Гриланкса.

– Капитан Фел!

Фелу не пришлось прилагать усилий, чтобы оставаться внешне спокойным. Он все еще был слишком зол, чтобы предчувствовать дурное.

– Да, адмирал?

– Вы намеренно ослушались моего приказа!

– Я подобрал наши истребители, адмирал. И их пилотов. Я посчитал это… важным.

Гриланкс рассвирепел.

– Капитан, это решение могло стоить вам команды. Я не премину отразить это в своем докладе.

Фел сглотнул, но взгляд не отвел.

– А я, разумеется, сделаю свой доклад, – сказал он. – И я намереваюсь изложить все факты, имевшие место в этом сражении, как я их видел.

Гриланкс пригвоздил Фела тяжелым взглядом. Ни один из них не отвел глаз.

В конце концов адмирал кивнул.

– Как пожелаете, капитан.

Крошечное изображение исчезло. Соонтир Фел упал в кресло, борясь с желанием обхватить голову руками. Стоили ли жизни этих пилотов ДИ-истребителей его карьеры?

Вполне возможно, что он вот-вот это узнает. Фел вздохнул. Какая же жизнь иногда сложная штука. Потом ему в голову пришла мысль, которая подняла его дух…

По крайней мере, мне не пришлось выполнять приказ на тотальную зачистку… а это тоже кое-чего стоит.

15. ОТЛЕТ

Через двадцать четыре стандартных часа после того, как «Бриа» почти благополучно совершила посадку на Нар Шаддаа (если не считать правой пушки и кормового дефлектора, повреждений не было), на посадочной платформе возле опущенного трапа «Фантариа» встретились Хэн и Ксаверри. Чубакка и Салла Зенд тоже присутствовали, но отошли в сторону, чтобы дать друзьям попрощаться без помех.

Хэн смотрел на иллюзионистку, которая вновь нарядилась в прежние цветастые одеяния, и качал головой.

– Ненавижу прощаться, – жалко выдавил он. – Никогда не мог придумать нужных слов, а сейчас… вообще полный мрак. Как мне отблагодарить тебя, Ксаверри? Твоя иллюзия спасла нас. Без тебя ничего бы не вышло.

Волшебница улыбалась, ее темные глаза полны веселья.

– Эй, Соло, сколько раз повторять, что за все кредитки Галактики не пропустила бы такого спектакля. Жаль только, что нельзя было оказаться на мостике у кого-нибудь из имперцев, люблю знать реакцию зрителей.

Кореллианин хохотнул.

– Да они от изумления каскетками подавились, это уж наверняка!

Хэн безо всякой мысли взял Ксаверри за руку, а через секунду неистово обнимал женщину.

– Я буду скучать, – пробормотал он, уткнувшись носом в пышные волосы Ксаверри. – Только-только решил, что научился жить без тебя, и вот опять все сначала. Так нечестно.

Когда Соло сумел отодвинуться, то немедленно заработал крепкий поцелуй.

– Не дергайся, – Ксаверри улыбнулась. – Салла не будет возражать. Она классная девочка.

– Точно, – согласился кореллианин. – У нас с ней мозги одинаковые.

Иллюзионистка кивнула.

– Надеюсь, вы оба будете счастливы, Соло. Берегите друг друга, хорошо?

Хэн тоже кивнул

– Ты тоже не нарывайся.

– Не буду, Соло. Не забывай меня.

– Тебя забудешь, как же… – у Хэна сдавило горло.