У Джаббы было очень хорошее зрение, к тому же хатты могли видеть и в инфракрасном диапазоне, поэтому он увидел, как кровь отхлынула от лица Соло. Выражение его тем не менее не изменилось. Вуки переступил с ноги на ногу и издал тихий вой.

– Ваше благолепие… – Соло нервно облизнул губы. – Боюсь, я не совсем понимаю. Правду о чем?

Джабба не стал ходить вокруг да около.

– Я просмотрел судовой журнал «Звездной жемчужины». Капитан, откуда ты знал, что дрелльские пираты собираются атаковать нас?

Мгновение Соло молчал, потом, сделав глубокий вздох, ответил:

– Мне уже приходилось попадать в их ловушку. И я знаю, что у вас обоих есть враги, которым по карману нанять убийц.

Джилиак уставился на .молодого кореллианина и медленно спросил:

– Когда тебе довелось попасть в подобную ловушку, капитан?'

– Пять лет назад, Ваше превосходительство. Джабба подался вперед.

– И на кого же ты тогда работал, а Соло? Кореллианин минуту колебался, затем тихо сказал:

– Я работал на Заввала, господин. На Илезии.

– Да… – произнес Джилиак. – Припоминаю. Это ты привез мне закускариум? Я помню суллустианина, но вы, люди, все на одно лицо…

– Да, господин, это был я, – ответил Хэн, и Джабба понял, что тому пришлось сделать над собой усилие для признания.

– Почему ты не сказал нам об этом раньше? – холодным, как ледник на Хоте, голосом осведомился Джилиак. – Что ты скрываешь, капитан?

– Ничего! – воскликнул Соло, замахав руками и сверкая карими глазами. – Слушайте, это правда, Ваше превосходительство! Я хотел работать на вас. Но подумал, что вы не возьмете меня, зная о моей работе на клан Бесадии… даже если я всего лишь водил грузовики со спайсом. Так что я не стал упоминать об этом, вот и все! На самом деле я работал на Тероензу. Заввала я вообще почти не знал.

Джилиак посмотрел на кореллианина с высоты своего помоста.

– Ты прав, Соло. Я не стал бы нанимать тебя, зная об этом.

Соло пожал плечами и ничего не сказал. Ему нечего было ответить. Джилиак немного подумал, потом спросил:

– Ты все еще работаешь на них?

– Нет, Ваше превосходительство. Я готов подтвердить это под наркотиком правды. Или можете просканировать меня с помощью глиттерстима. Я смылся с Илезии пять лет назад, и что-то мне не хочется возвращаться.

Джабба повернулся к своему дяде.

– Дядя, мне кажется, Соло говорит правду. Если бы он до сих пор работал на Бесадии, он бы не стал так отчаянно стараться спасти «Звездную жемчужину» и меня. Вместо этого наш бравый капитан позволил бы захватить корабль и взять его на абордаж… а меня убить, – младший хатт снова посмотрел на кореллианина – Так что наш капитан говорит правду, если конечно Бесадии не оказались умнее и хитрее, чем я думал. Соло кивнул.

– Я говорю правду, Ваше сиятельство! Вообще-то, я бесполезен для Илезии и ее хозяев. Вы знаете, что я думаю о работорговцах и торговле рабами… А Бесадии – главные работорговцы в Галактике.

– Верно. Капитан Соло, мой дядя узнал тебя как одного из посланников Заввала, и я тоже начинаю кое-что припоминать. Вскоре после того, как мы получили от Заввала ту угрозу, нам стали докладывать, что на Илезии произошло восстание. Была уничтожена фабрика глиттерстима, Заввал был убит в вооруженной стычке, а несколько рабов освобождены. Исчезли два корабля.

Джабба тщательно следил за выражением лица

Соло, но так ничего и не увидел.

– Капитан, – сказал Джилиак.