– Полагаю, вы устали не меньше меня, – улыбнулась Кэролайн.

– Наверное, мне давно уже надо было предложить вам сделать перерыв?

– Нет, я бы непременно отказалась.

Весь день Лоренс работал без устали, встречая каждое живое существо с приветливым терпением и спокойствием. Он ни разу не сказал, что проголодался или хочет пить, хотя работал с самого утра, – в отличие от Кэролайн, присоединившейся к нему после полудня.

– Может быть, поужинаем вместе? – предложил Лоренс. – Или вам нужно ехать домой?

– Нет, честно говоря, я собираюсь остаться здесь на ночь, чтобы завтра снова помогать спасать птиц и животных. Давайте действительно поужинаем вместе!

Собрав свою одежду, они вместе вышли из школы, чтобы уже в мотеле принять душ и переодеться.

– Какой чудесный вечер! – не удержалась от восхищенного восклицания Кэролайн, когда они вышли на улицу.

На темно-синем небе мерцали мириады звезд разной величины. Луна казалась сделанной из золота, океанский бриз был свежим и ароматным.

– И совсем не холодно, – продолжала говорить Кэролайн. – Можно даже сказать, тепло.

Она услышала, как Лоренс сделал глубокий вдох, словно собираясь сказать что-то важное. Несколько мгновений прошли в напряженном ожидании. Так и не услышав от него ни слова, Кэролайн взглянула на Лоренса и увидела в его темно-зеленых, отражавших лунный свет глазах неуверенность... колебание... и, наконец, окончательное решение.

– Кажется, вы что-то говорили насчет джинсов и свитера, – негромко произнес он. – Если хотите, мы можем устроить небольшой пикник прямо на пляже.

– Конечно, хочу!

– Тогда я закажу в столовой мотеля побольше сандвичей и жареного картофеля в дорожной упаковке.

Та нерешительность, с которой он предложил Кэролайн поужинать на берегу океана, свидетельствовала о том, что он давно уже не делал этого ни с кем другим.

Глава 7

Пляж был абсолютно пустым. Там не было никого, кроме Лоренса и Кэролайн.

Негромкий лепет волн, ласково накатывающих на берег, звучал для обоих лучшей музыкой в мире. Посреди белого песка лежал огромный, отполированный водой и ветрами ствол гигантского дуба. Чем не стол для вечерней трапезы на свежем воздухе? А вместо трепетного пламени восковых свечек лица освещали звезды и луна.

– Где вы живете, Кэролайн?

– В Сиэтле.

– А я в восемнадцати милях к востоку от Сиэтла.

– Да, я знаю. Я знаю вас, Лоренс, по февральской телепередаче с вашим участием.

Лоренс молча кивнул, и его глаза потемнели от воспоминаний. Кэролайн показалось, что он испытывал чувство неловкости, оттого что вынужден был взваливать на плечи зрителей свою душевную боль, надеясь с помощью телевидения отыскать наконец свою дочь. В глазах Лоренса читалась просьба извинить его за это своего рода эмоциональное насилие.

– Мне очень жаль, что с вами и вашей семьей произошла такая ужасная трагедия, – негромко произнесла Кэролайн. – Удалось ли вам выяснить хоть что-нибудь о пропавшей дочери после той телепередачи?

– Спасибо за сочувствие. Нет, ничего нового я так и не узнал...

Почти все знакомые Кэролайн были убеждены в том, что его дочери нет в живых, иначе бы она давно откликнулась на зов отца. Прошло семнадцать лет с тех пор, как Лоренс Элиот начал поиски дочери, и за это время она не могла не узнать об этом. Значит, либо ее уже нет в живых, либо она предпочла по каким-то своим причинам остаться ненайденной. Продолжать поиски было совершенно бессмысленно.

С самого первого момента, когда Кэролайн увидела на телеэкране Лоренса Элиота, она поняла, что этот человек никогда не прекратит поиски дочери.