– Ах вот как? – недоверчиво пожала плечами Виктория.

Сделав эффектную паузу, Ник четко ответил, глядя в глаза Виктории:

– Именно так и: не иначе.

– Что ж, я рада за тебя, Рейвен, – выдавила Виктория, пытаясь изобразить на лице улыбку.

– Наверное, такая работа отнимает у тебя много времени? А как дела на личном фронте? Ты замужем?

Рейвен изо всех сил старалась представить себе, что она в Лос-Анджелесе и что эти люди пришли к ней как отличному специалисту в своей области, но у нее ничего не получалось. Инициативой владела не она, а Виктория, и Рейвен ничего не могла с этим поделать.

– Нет! я не замужем, – тихо ответила она.

– И не была?

– Ни разу.

Такой ответ, по всей очевидности, доставил Виктории немалое удовольствие, и уже в следующую секунду Рейвен поняла его причину. Такой ответ давал Виктории отличную возможность задать женщине, никогда не бывшей замужем и в детстве сильно страдавшей от собственной незаконнорожденности, еще один вопрос, имевший целью побольше уязвить ее женскую суть.

– А дети? Дети у тебя есть, Рейвен? Сидевший рядом с Рейвен Ник не придал никакого значения этому, как ему показалось, вполне безобидному вопросу. Рейвен же напряглась, словно от удара, и когда Ник ласково коснулся ее руки, то почувствовал ледяную дрожь.

– Нет, Виктория, детей нет, – ответил он вместо Рейвен. Потом повернулся к ней и, окинув влюбленным взглядом, добавил: – Пока нет.

– Ах вот как? – тщетно пытаясь скрыть свое разочарование, протянула Виктория. – Тогда понятно, почему ты сохранила фигуру.

Испуг, вызванный вопросом о детях, мгновенно потерял для Рейвен всякое значение по сравнению с тем, что сказал в ответ Ник и как посмотрел на нее своими серыми выразительными глазами.

Голос рассудка напомнил ей, что это только часть роли, самое настоящее притворство, и по ее же просьбе!

И все же Рейвен хотелось хоть на миг поверить в этот чудесный мираж любви и счастья!

Нику тоже хотелось поверить в иллюзию любви. В этот миг он не помнил о том, что Рейвен просила его притворяться ее возлюбленным. Он хотел стать им в реальности.

Очнувшись от сладких мечтаний, Ник сказал, глядя на Викторию и все, больше раздражаясь ее плохо скрытой враждебностью по отношению к Рейвен:

– Знаете, ей удалось сохранить фигуру не потому, что она еще не рожала, а потому, что она регулярно бегает и много работает в своем саду.

Это было, конечно, преувеличением, но не очень большим.

– К сожалению, у нас не слишком благоприятные условия для занятий бегом, – фыркнула Виктория, чья фигура не была такой изящной и по-спортивному подтянутой, как у Рейвен. – И вообще, чем больше я читаю о беге трусцой, тем меньше он мне нравится. Сомневаюсь, что он действительно приносит пользу.

– Я тоже, – вступила в разговор Сандра, жена одного из бывших одноклассников – и любовников Рейвен. У нее был приятный. голос с мягким южным акцентом. Она не была раньше знакома с Рейвен, поэтому у нее не было никаких предубеждений. – гораздо полезнее работать в саду. Это дает достаточную нагрузку и не утомляет. Кстати, вы слышали о знаменитых тренажерах Голта? Они установлены во всех отелях сети «Эдем».

Пять человек из восьми сидящих за столом заявили, что слышали о них; двое, включая и Рейвен, лишь пожали плечами. И только Ник никак не отреагировал на слова Сандры.

– О, это прекрасные тренажеры! – восхищенно произнесла она. – Судя по всему, этот Голт был профессиональным садовником, потому что тренажеры с поразительной точностью имитируют все движения, которые делает человек, работающий в саду.