Не замечаю, как оказываемся в кабинете. Джейк сажает меня на стол и жестко сжимает пальцами мои бедра. С моих губ срывается стон. Понимаю, что мне нужно его отпустить. Мы оба должны жить дальше, но…

Но мне плевать. Плевать, насколько это неправильно – хотеть почувствовать его.

Тянусь руками к ремню на его джинсах, и Джейк разрывает поцелуй. Мы оба тяжело дышим, глядя друг на друга темными от возбуждения глазами.

– Принцесса. – Его хриплый голос нарушает ночную тишину.

– Не отвергай меня, – прошу я, едва ворочая языком.

Джейк пристально смотрит прямо мне в глаза, и сейчас я отчетливо вижу и его боль.

– Ты не заслуживаешь одноразового быстрого секса без прелюдии, – произносит он с сожалением.

– У нас была прелюдия длиной в три месяца, Джейк, – спорю я. – Я хочу тебя. Пусть даже это случится лишь однажды.

Жду, что он оттолкнет меня. Что в очередной раз решит побыть джентльменом. Что будет настаивать на своем. Но с моих губ срывается облегченный вздох, едва его губы вновь находят мои. Его язык раскрывает их с таким напором, что я начинаю задыхаться. Его ладонь смещается с моей ягодицы на бедро, а затем подушечки пальцев ведут линию ко мне под футболку.

Он касается пальцами моих трусиков, и я двигаюсь ему навстречу. Я так сильно возбуждена и так сильно в нем нуждаюсь, что отбрасываю все мысли о том, насколько жалкой сейчас ему кажусь.

Возможно, я никогда больше не проведу ночь с человеком, которого люблю. И я буду до конца своих дней жалеть, если так и не узнаю, каково это – заниматься любовью.

– Ты так возбуждена, – выдыхает Джейк мне в губы, разрывая поцелуй.

Я смотрю на него стеклянными глазами, не в силах вымолвить и слова, пока его пальцы снова и снова ласкают меня сквозь кружево. Пытаюсь не отводить взгляд, но не получается – от невероятного удовольствия веки прикрываются сами собой.

– Твою мать, – ругается Джейк и убирает руку, чтобы расстегнуть джинсы. Понимаю это по звуку ремня.

Прерывисто дыша, я возвращаю к нему свой взгляд. Он пристально смотрит на меня, пока достает из заднего кармана джинсов бумажник. В моих глазах все расплывчато, но я догадываюсь, что он все же не собирается играть в джентльмена, и оказываюсь права.

Позаботившись о защите, Джейк снова целует меня. Его грудь тяжело вздымается, а по моим щекам вновь начинают струиться слезы.

– Я не смогу быть нежным, – хрипло произносит он, прислонившись своим лбом к моему.

– На это нет времени, – шепчу я, обхватывая его лицо обеими руками.

Теплые губы Джейка находят мои, и я открываюсь ему и зарываюсь пальцами в его взъерошенные волосы, нуждаясь в нем так, как никогда прежде. Стоит мне почувствовать его внутри, пульс принимается захлебываться ритмом. Джейк двигается очень медленно, давая мне время привыкнуть к его размеру, что удивляет, учитывая, что он сказал, что не сможет быть нежным. И мне хочется разрыдаться еще сильнее, ведь он и в самом деле идеален.

– Не больно? – отстраняется и шепчет Джейк, тяжело дыша.

– Уже нет. – Я прогибаюсь в спине, больше не испытывая дискомфорта после долгого отсутствия сексуальной жизни, и лишь тогда он ускоряется.

Мы продолжаем целоваться, отрываясь друг от друга, лишь чтобы сделать вдох. Но если честно, мне не хочется дышать без него. Тело загорается от пламени между нами, но вот сердце… Сердце в груди разрывается от боли.

Сквозь приоткрытое окно с улицы слышу шум подъехавшей машины. Из ее салона доносится припев Nickelback – I’d Come for You, и с моих губ снова срывается всхлип. Вижу влажные от слез глаза Джейка и понимаю, что, пусть никто из нас не признавался вслух в любви, сейчас и без слов понятно, что мы занимаемся именно ею.

Его тяжелое дыхание одурманивает меня.