Полтора часа спустя приезжает мой брат. Мы вместе ужинаем и договариваемся, что в те дни, когда Джейк не сможет отвозить меня на работу, это будет делать Даниэль, а затем возвращаемся к сборке мебели.

Даниэль с Джейком справляются даже лучше, чем я думала, и всякий раз одергивают меня, когда я пытаюсь помочь им. Так что я лишь указываю, куда и что ставить, пока сижу в новом кресле, попивая грушевый сидр и ощущая себя героиней самой прекрасной сказки на свете.

Глава 28

NF – TIME

Джейк

Я вновь просыпаюсь рано утром оттого, что у меня тянет поясницу.

Гребаный диван.

Лучше бы вместо мебели для Амелии я купил себе кровать. И плевать, что тогда в моей гостиной негде было бы даже встать. Хотел бы я сказать, что не блещу умом, раз улыбка Амелии для меня гораздо важнее какого-то там позвоночника, но на самом деле вовсе не в этом.

Я пропал. Просто, мать вашу, пропал.

Окончательно и бесповоротно.

И я действительно не теряю надежды, что она и в самом деле сжалится надо мной и позволит спать с ней в одной постели. Даже, черт возьми, одетыми. Хотя обнаженными было бы куда лучше.

Когда я увидел ее без одежды… Я кончил в ду́ше дважды.

Ее тело… оно просто невероятно. Большие груди идеальной грушевидной формы, небольшой животик и округлые бедра, которые так соблазнительно двигались, пока она снова и снова…

Мать вашу.

Прошла уже неделя с того дня, а картинка перед глазами все еще такая яркая.

Можно было бы решить, что виной всему отсутствие секса, но это лишь глупое утешение.

Она нравится мне. Даже в одежде нравится. И я не знаю, как долго смогу противиться своим чувствам.

Поднимаюсь с дивана и хватаю со стола телефон. Чтобы не разбудить Амелию, решаю уйти в дальнюю комнату, где теперь располагается ее кабинет.

Тихонько прикрываю за собой скрипучую дверь и устраиваюсь в кресле перед окном. На улице снова льет дождь, и я наблюдаю за тем, как под колесами моего «Мерседеса» образуются лужи.

Через час мне нужно разбудить Амелию, чтобы отвезти ее на работу в первый учебный день после недельных каникул, а самому отправиться на тренировку школьной команды, и это значит, что у меня есть целых шестьдесят минут, чтобы попытаться перестать испытывать столько эмоций рядом с ней.

Я честно не знаю, какого черта со мной творится, но это уже не смешно. Каких-то два месяца фальшивых отношений – и вот я думаю о ее удивительной улыбке.

Идиотизм какой-то.

Думаю, это побочный эффект от кодирования. Да. Когда алкоголик долго не пьет, такое возможно. И не говорите, что нет. Это ведь отличное объяснение того, почему я вдруг вбил себе в голову, что она мне нравится.

Черт возьми, как все это глупо. И сложно. Охренеть как сложно.

Я не могу найти объяснений, почему вот уже неделю я фантазирую о ней в ду́ше и, самое главное, что мне с этим всем делать. Нет, что делать с фантазиями, особенно будучи голым, я определенно осведомлен, а вот как быть с Амелией…

Я схожу с ума.

Тру пальцами переносицу и с шумным выдохом достаю из кармана телефон. Набираю номер Остина, ведь мне чертовски нужен мозгоправ.

– Зачем ты звонишь мне в семь утра? – хрипло интересуется друг после пятого гудка.

– Я думал, что ты уже не спишь.

– Плохо думал. Скажи, что ты умираешь, – неожиданно произносит Остин. – Только ради подобной важной новости я готов встать в такую рань.

Фыркаю.

– Хотя у тебя наверняка есть метка, сдерживающая тьму, поэтому ты будешь жить вечно, – добавляет друг, озадачив меня своей репликой. Его одержимость сериалом «Сверхъестественное» до добра не доведет.

– Сделаем вид, что я понял, о чем ты.

– Сделаем вид, что я не зол на тебя за то, что в мой единственный выходной ты разбудил меня в семь утра.