Лицо Патча сразу становилось непроницаемым.

– Существуют две вещи: то, что я говорю, и то, что ты должен делать! – орал он. – Как по‑твоему, что ты представляешь из себя в плане науки выживания? Ничего! Ноль! Ты всего лишь сопливый молокосос, неуч, да еще слишком высокого о себе мнения! Ты должен работать и только сопеть в две дырки! Ты обязан грызть гранит науки, грызть и просить еще! Ты должен забыть про усталость, преодолеть самого себя. В эти исключительнейшие времена нужно быть исключительным человеком, чтобы выжить! Ты обязан довести каждое движение до автоматизма, достичь точки шаткого равновесия между поведением, полностью основанным на рефлексах, и способностью здраво рассуждать, анализировать ситуацию, чтобы не дать чувствам, порыву взять над собой верх! Но это придет позже, вместе с мастерством! А пока ты делаешь всего лишь первые шаги. Ну, давай, начинаем сначала!

Утро следующего дня тоже начиналось с занятий, только на этот раз по стрельбе.

– Джаг, сукин ты сын! Нельзя так долго целиться! Ты же не на соревнованиях! Оружие взводишь, доставая его из кобуры, наводишь и сразу же стреляешь! Держи предплечье параллельно земле! Как только наведешь дуло своей артиллерии на цель, тут же нажимай на курок. При таком калибре точность не так уж важна! А что это за поза? Наверное, ты думаешь, что попал на птичий двор, раз машешь руками, как утка крыльями! Ноги согнуты и на ширине плеч, обе руки вытянуты вперед – это хорошо для пехотинца, но не для тебя! Чтобы уцелеть, ты должен стрелять первым!

Джаг снова начинал спорить:

– Но вы же сами говорили, что нужно уметь ждать, анализировать ситуацию, не идти на поводу своих чувств, не поддаваться внезапным порывам, – брюзжал он.

Патч снова выходил из себя.

– Черт бы тебя побрал! – вопил он. – Наверное, ты никогда ничего не поймешь! Все зависит от оружия! Сабля требует рассудительности, но никак не пушка! С твоей "аркебузой" можно выкосить весь лес, тогда чего ждать, спрашивается?

После долгих поисков Патч остановил свой выбор на очень редкой модели ружья, которое обошлось ему в копеечку, если прикинуть, что он отдал за него автомат с пятью снаряженными магазинами.

Речь шла о трехствольном ружье "дриллинг" – два ствола 12 калибра годились для стрельбы картечью, а третий – нарезной, расположенный снизу, предназначался под пулю. Первоначально этот ствол был рассчитан для охоты в горах на серн, туров и барсов с помощью оптического прицела, который можно было поставить за пять секунд.

Но теперь дело имели большей частью совсем с иной дичью... Поэтому ружье выглядело не совсем обычно: приклад и стволы были обрезаны, к нарезному же шли патроны с разрывными пулями, способными при попадании превратить в мелкую щебенку гранитный валун размером с лошадиную голову! Шикарная вещь!

– Эта пушка – как раз то, что тебе нужно, – рассудил Патч, – а третий, вспомогательный ствол – прямо‑таки подарок небес! Настоящая ловушка для дураков! Кое‑кого ждут пренеприятные сюрпризы! Я‑то знаю, о чем говорю...

Он намекал на свою стычку с одноруким, когда насчитал шесть выстрелов и, к своему превеликому удивлению, чуть было не схлопотал седьмую пулю в лоб – к счастью, она лишь слегка обожгла ему щеку. После схватки Патч не успокоился, пока не выяснил все, что касалось седьмого, чуть не ставшего фатальным, выстрела. Таким вот образом ему попал в руки револьвер "комбат магнум стейнлес 357" с барабаном на семь патронов! Вроде бы несущественная деталь, зато какие последствия... С тех пор Патч хранил револьвер как зеницу ока и ни на минуту не расставался с ним, таская в кобуре под мышкой.

Точно так же он не устоял перед "дриллингом".

Перед тем, как окончательно сделать свой выбор, Патч и Джаг перебрали гору оружия: дротики, пистолеты, револьверы, карабин, лук, автомат, но не нашли ничего, что соответствовало бы личности парнишки.