Фревен сжал кулаки.

— Маттерс, может быть, вы думаете, что психиатр сам должен быть сумасшедшим, чтобы лечить своих больных? Или врачи должны заболеть, чтобы суметь диагностировать болезнь?

— Нет, но их учат диагностировать…

— Да, они учатся! То же самое делаю и я. Я изучаю людей, каждый день, который живу на этой земле, я учусь, наблюдая за ними. У меня есть способности, я умею поставить себя на место другого человека, умею анализировать чувства и поведение людей. Я много, очень много читал об этом. Вы знаете, чем отличается хороший врач от плохого? Страстью, которую он вкладывает в свое ремесло. Я тоже страстно увлечен своим делом, Маттерс.

Сержант одобрительно кивал, слегка опуская подбородок. Он начал беспокоиться, не слишком ли далеко они зашли?

— И именно эта страсть и заставляет всяких тупиц распускать слухи на мой счет. Но вы скажете: это тот самый змей, который кусает собственный хвост. И что я заворожен криминальным аспектом человеческой личности, потому что я сам — темная личность, а может быть, это личность развивается под влиянием криминальных дел?

Возникшая тишина нарушалась лишь свистом ветра в деревьях леса. Утренний свет был серым, почти сумеречным.

— Вначале я не был таким, — снова заговорил Фревен. — Армия… я изменился. Чтобы выжить, чтобы занять свое место. В молодости я был слабым, но в какой-то момент выбрал свой путь и эта… мужественная среда сделала меня тем, кто я есть сегодня. Все это и вас постепенно меняет.

Маттерс выпрямился, не проронив ни слова, не в состоянии сформулировать мысли, которые его одолевали.

Так они просидели еще около часа, борясь с холодом, время от времени вслушиваясь в голоса своих товарищей, доносившиеся из соседних землянок. Наконец в сопровождении Монро и Донована появился Конрад.

— Лейтенант, у нас проблема, — сказал он взволнованно. — Мы потеряли Ларссона.

Фревен встал.

— Что значит потеряли?

— Ну, он пошел в роту Рейвен, чтобы взять у офицеров рапорты о об их подразделениях, и не вернулся.

Рассказывая, Конрад снял каску и стал массировать виски.

— Вы ходили туда?

— Да, но я сразу же вернулся. Капитан Монро передал рапорт Ларссону, затем он видел, как тот пошел через лес, к тыловой базе, где мы все встретились час назад. Но я решил прийти сюда и предупредить вас.

— Правильно сделали.

Видя волнение людей, Маттерс высказал предположение:

— Возможно, он остановился где-нибудь, чтобы согреться, а может быть, решил навестить ребят в окопах?

— Это не в его привычках, — тут же возразил Фревен. — Он знает, что мы на фронте. Опоздание человека может означать, что враг пробрался через нашу линию обороны. Возьмите оружие, мы идем на его поиски.

Маттерс вздохнул и взял автомат. Ему не нравилась идея вести поиски вблизи линии фронта. В любой момент на них может внезапно обрушиться град снарядов. Нет, он совсем не одобрял эту идею.

У него было плохое предчувствие, и в раненном полгода назад плече началось жжение, напомнившее ему болезненное ощущение, с каким металл вонзается в тело.

58

Тяжелые «рейнджеры» со скрипом ступали по снежному покрову в лесу. Гуськом, с Фревеном во главе, маленькая группа двигалась между низкими ветвями, с автоматами на плечах. Они шли в белом облаке, в ритме своего дыхания, которое тянулось за ними, как пар за паровозом, затерявшимся в густом лесу.