— Он очень мужественный человек.

— Прежде всего Морис хочет, чтобы мы перевезли его тело на нашу ферму в Плескассье и похоронили на фамильном кладбище, рядом с его отцом и дедом. Он также хочет, чтобы до похорон мы выставили гроб с его телом в «Атенаэне», в Каннах, где с ним могли бы попрощаться все его друзья. А на третий день мы поедем в Плескассье и какое-то время побудем там, вспоминая, как мы любили друг друга. Последние строки письма Жак прочитал вслух:

"Я люблю тебя, Жак, сын мой, и тебя, Жан-Пьер, внук мой, и тебя, Раймон, внук мой, который ушел раньше меня.

— Прощайте, дети мои, до того момента, как мы встретимся вновь.

Любящий вас отец и дед, Морис".

Жак посмотрел на сына. Теперь слезы стояли в глазах обоих. Они обнялись.

Зазвонил телефон.

— Доктор Гюильмин ждет в библиотеке, господа, — доложил Уго.

К своему удивлению, отец с сыном увидели в библиотеке молодого человека. Они пожали друг другу руки. Рукопожатие доктора Гюильмина Жаку понравилось. Крепкое, уверенное.

— Я изумлен, доктор. Вы гораздо моложе, чем я ожидал.

Доктор Гюильмин улыбнулся.

— Я четыре года проработал в отделении нейрохирургии городской больницы Лиона. Потом меня призвали в армию, где присвоили чин капитана. После капитуляции я не получал никаких указаний из штаба Петена. Поэтому я принял предложение двух больниц в Каннах. Мне также разрешили вести частную практику.

Жан-Пьер кивнул.

— Я не удивлен, что вы не получили никаких указаний из штаба Петена. Более того, готов спорить, что они не дадут о себе знать. Однако, если вы хотите поучаствовать в борьбе с немцами, пожалуйста, найдите меня в штабе генерала де Голля в Лондоне. Он формирует армию «Свободной Франции».

Предложение Жан-Пьера доктора, похоже, не заинтересовало.

— Я пришел, чтобы сообщить вам о состоянии вашего отца, — обратился он к Жаку. — Дворецкий Уго нашел его на полу у кровати. Уго повел себя абсолютно правильно. Сразу вызвал машину «скорой помощи». Если бы он стал укладывать вашего отца на кровать, до больницы живым его бы не довезли. В приемном отделении дежурный тут же вызвал меня. Я обследовал вашего отца и сразу установил, что причина инсульта — тромб в области правой височной кости. Пульс прощупывался слабо, дышал ваш отец с трудом. Он попросил меня связаться с сыном и внуком. Я распорядился дать ему кислородную маску и сделать рентген черепа. Снимок показал кровоизлияние в мозг. Произошел разрыв сонной артерии. Снимок показал разрывы еще трех артерий. Сейчас ваш отец в коме. Он может прийти в себя на несколько минут, но полной уверенности в этом нет. Я же хочу сказать вам, что медицина бессильна ему помочь. Любое наше вмешательство может причинить только вред. Нам остается лишь молиться, чтобы он не испытывал боли.

— У моего деда отменное здоровье. Он выкарабкается. — Голос Жан-Пьера дрожал.

Доктор Гюильмин повернулся к нему.

— Только Божьей милостью. Повреждения артерий очень велики.

Несколько минут они сидели в молчании. Потом Жак позвал Уго.

— Коньяк и «монте-кристо» для всех, включая тебя, Уго. Благодарю тебя за заботу об отце.

Уго ушел за коньяком и сигарами. Жак посмотрел на сына.

— Теперь нас осталось двое, сын мой. — Он перевел взгляд на доктора. — Когда мы сможем поехать в больницу?

— Примерно через час. Санитарки как раз закончат утренний туалет.

Уго вернулся в библиотеку, наполнил бокалы коньяком, раздал сигары. Посмотрел на Жака, Жан-Пьера. Тост произнес Жан-Пьер.

— За любимого нами дедушку и за его любовь к нам.

В больницу они прибыли в десять минут второго.