— Джейсон. Красиво звучит.

— Не Джейсон, а Дрейсон, — поправила ее Лулу.

— А имя? — спросила Мак.

— Так Дрейсон — это имя. Мы съезжаемся.

— Что?!

Откуда вдруг взялся этот парень?

Мак виделась с Лулу на прошлой неделе, и никакого красавчика певца на горизонте не было.

— Он просто замечательный, — продолжала подруга, явно не сознавая того, что в очередной раз бросается в омут страсти. Мак невольно задалась вопросом, знает ли счастливый избранник о том, что они съезжаются.

— Постой, постой. Расскажи все подробно и с самого начала. Где ты с ним познакомилась? — настаивала Мак, пытаясь немного осадить подругу в ее же интересах.

— На рок-концерте в отеле «Аннандейл». — «Аннандейл» был излюбленным местом сборищ рокеров. — Это было классно!

— Это было в прошлый уик-энд? — Мак была слегка озадачена.

— Ну да.

Лихо.

— Значит… ты говоришь о том, что собираешься жить с парнем, с которым познакомилась всего несколько дней назад? — уточнила она.

— Неделю назад, да, — поправила ее Лулу.

— Шесть дней, — не сдавалась Мак.

— Ему нужен компаньон, чтобы вместе арендовать жилье, и мне тоже, — сказала Лулу так, будто логика ее решения была очевидна.

Мак медленно кивнула:

— Хорошо. Снимать квартиру на пару — это здорово, но почему бы тебе не дать объявление? Ты живешь рядом с университетом. Я уверена, что откликнутся многие студенты. У тебя уже через неделю будет соседка. А может, кому-то из твоих друзей нужна крыша над головой. Ты не спрашивала?

— Дрейсон и есть друг.

— А как насчет того, кто просто друг?

Лулу продолжала улыбаться, игнорируя разумное предложение Мак.

— Так ты хочешь выслушать мое мнение? — продолжала настаивать Мак, ощущая себя занудой и консерватором. — Я вовсе не собираюсь портить тебе настроение, но не ты ли говорила, что больше никогда не свяжешься с музыкантами? Разве не в этом ты поклялась накануне Нового года?

— О, да.

— Кажется, ты сама просила: «Останови меня, если я опять начну проявлять интерес к какому-нибудь музыканту».

Стоял февраль, и, очевидно, все предновогодние клятвы были прочно забыты — в том числе и самой Мак, которая твердо решила больше не вмешиваться в личную жизнь подруги. Сколько можно?

— Да. Кажется, это мои слова, — призналась Лулу.

Вот и хорошо. Во всяком случае, Мак не выдумала тот разговор.

— Мы ведь говорили об этом не так давно, — заметила она. — Всего два месяца назад.

— Но Дрейсон не «какой-нибудь музыкант». Он особенный. Поверь мне.

Мак по-настоящему доверяла подруге, но только не в том, что касалось жизни самой Лулу.

— Ладно, расскажешь о своем особенном, пока мы будем есть суши, — сдалась Мак. — Я умираю от голода.

Лулу бросила блузон на спинку стула и поднялась из-за стола. На ее рубашке красовалась надпись: ДА, НО ТОЛЬКО НЕ С ТОБОЙ. Подруги встали в очередь к суши-бару и уставили свои подносы калифорнийскими роллами и сашими.

Пока они ждали суп «мисо», Лулу сказала:

— На самом деле у него шикарная хата в Мельбурне, которую он снимает вместе со своим приятелем, тоже артистом. Так что мы переедем туда и…

— Мельбурн? Так он живет в Мельбурне?

Лулу кивнула.

Мельбурн находился за тысячу километров от Сиднея, но, судя по тому, как об этом городе говорили коренные сиднейцы, он мог с таким же успехом находиться и за сто тысяч километров.