– Он нам известен? – спросила Риккардо, по-летнему одетая в желтую футболку, юбку в цветочек и сандалии.

Мунк почувствовал, что при виде ее у него улучшается настроение. Высокие личные качества. Профессионализм. Именно с такими характеристиками он набирал сотрудников в свою команду в Осло. Инициативная и умная Риккардо не боится выражать свое мнение и вести себя так, как считает нужным. Женщине порой нелегко быть в этой профессии, где, как правило, доминируют мужчины.

Сегодня ночью Мунк послал сообщение и Анетте Голи.

– Есть новости? Насчет отдела?

Ответ пришел с рассветом.

Увы, ничего.

– Нет, – продолжил Мунк. – Профиль мы получили, но он не совпадает ни с одним в наших базах.

– Но ведь сейчас речь идет НЕ о преступнике, верно?

Кевин Борг огляделся.

– Верно, – ответил Мунк – Ну, если только преступник не срезал собственный волос и не поджег его. Что, в общем, возможно. Мы ведь не знаем цели этой процедуры, зачем он сжигал волос в чашке. Если, конечно, за ночь кому-то из вас не пришли в голову умные мысли?

В ответ молчание.

– Этот профиль ДНК, безусловно, побуждает нас получить как можно больше анализов ДНК. Судмедэксперты отправили дополнительное оборудование, скажите, если кому-то нужна будет помощь с этим.

– А что насчет юридической стороны? – заметил Клаус Нильсен, полицейский адвокат, который тоже позволил себе слегка расслабленный образ – брюки цвета хаки и белая рубашка с коротким рукавом.

– Именно. Процедура проверки следующая: мы можем попросить об этом. То есть попросить у человека разрешения и, если он согласится, провести анализ. Но…

Он сделал жест рукой адвокату.

– Да, но если мы захотим получить конкретно чью-то ДНК, – сказал Нильсен, – а человек отказывается, мы окажемся перед выбором. Мы можем изменить статус на подозреваемый, что даст нам юридическое право провести анализ, но что неизбежно повлечет за собой некоторые последствия.

– Например? – спросил Лука Эриксен.

– Право на адвоката и тому подобное.

– Клаус хочет сказать, – дополнил Мунк, – что надо действовать дружелюбно и деликатно. Но постараться добыть результаты как можно большего количества человек, ясно?

Собравшиеся закивали.

– Ладно. У кого что есть?

– Я был в парикмахерской, – кашлянул Борг, посмотрев в свой блокнот. – Приятная владелица. Показала мне все. Она отвечает за отходы волос, держит их в мешке в подсобке, у них какая-то договоренность с одним художником, она использует волосы для плетения, что-то такое.

Он повернулся к Луке Эриксену, но тот лишь пожал плечами.

– Что касается списка клиентов, его не существует. На вопрос, кто ее клиенты, она ответила: Все на острове, у кого красивые прически.

По комнате прокатились смешки.

– Хорошо, спасибо. – Мунк поднял руку. – Мы не знаем, есть ли тут связь, так что больше не будем тратить на это время. Что по видео и фотографиям с вечеринки?

Он посмотрел на Нину Риккардо, та заправила волосы за ухо и вздохнула.

– Есть кое-что, но, к сожалению, меньше, чем хотелось бы. Работаем над делом.

– Значит по Йессике ничего?

– Пока нет. Кроме того, что я вам показывала.

– Окей, – сказал Мунк. – Вы возьмете за это ответственность? Попробуйте немного ускорить работу. Найти еще людей, кто там был. Проверить их телефоны.