Под рубашкой гулко стучало сердце. Будто тот парень, что провоцировал меня на тренировке, смущая и вынуждая сдаться, – хладнокровный, бессердечный как скала, – и этот теневик были двумя разными людьми. Но нет, один и тот же.

– Ты бы так не считала, если бы жила с моей матерью, – хмыкнул Змей. – У нее на все свои инструкции. Когда-то она была лаерной… – добавил он непонятно зачем. – Но император посчитал, что моя семья недостойна носить дворянский титул.

– Почему? – вначале я спросила, а потом поняла, насколько бестактен вопрос. – Извини…

Я случайно слегка коснулась лбом его шеи и старательно отодвинулась.

– Не надо ничего говорить!

– Почему же не надо? – Стейн остановился и повернул голову, глядя мне в лицо. – Это не тайна. Это случилось как раз после того, как нынешний император взошел на престол. Моя мама была фрейлиной императрицы, одной из самых молодых. Император изволил влюбиться.

– Никогда не слышала, чтобы он влюблялся. – Я прикусила язык.

– Тем не менее он испытывал чувство, похожее на любовь. – Змей посмотрел на звездное небо. – Мама его не любила. Она была влюблена в Борга. И больше того: ждала от него ребенка.

Я затаила дыхание.

– Она хотела сказать ему после его возвращения из командировки. В то время отец служил короне весьма рьяно, считал это великой честью. Но император не знал обо мне и решил проблему кардинально. Он заключил брак от имени отца. С тихой примерной наследницей богатого дворянского рода, которую воспитывали с желанием стать тенью мужа. Идеальной женой.

Вот… бес! Его отца женили почти как нас… и в этом тоже была замешана корона. Как Змей может так спокойно говорить об этом?

– Он сделал все, чтобы никто не узнал о браке. Затянул командировку отца. А то, что мама попросила у императрицы отставку, списал на ее подозрения, что отец ей изменяет. Увидел в этом хороший знак. – Стейн невесело усмехнулся. – Когда отец приехал, он был уже не просто женат. Расторгнуть брак уже не мог никто. Император в том числе. Мама родила меня. Отец вызвал императора на дуэль и чуть не убил его. А такое не прощают. Его отдалили от двора. Хотя его способности удерживать магию потом все равно использовали для охраны венценосного тела. Отец всю жизнь разрывался между нами. Он не мог оставить жену, которая так и прожила его другом двадцать лет. Но и маму не мог оставить.

– За что император лишил титула ее семью? – Мне было все равно, магия проклятия заставляет спрашивать или я сама.

– За то, что она не согласилась стать его фавориткой после моего рождения, – зло отрезал Змей.

Меня передернуло от отвращения.

– А потом он просто забыл о нас на много лет. Маме и ее родным было непросто. Вместе с титулом он лишил их денег. И заодно ополовинил состояние отца. Маме пришлось заново учиться жить. Отец купил приличную таверну. Помогла его жена. Она была очень хорошей женщиной. – Змей посмотрел по сторонам и пошел к окнам женской казармы.

– И вдруг о тебе вспомнила мать императора? – задумчиво добавила я. – Странно как-то…

– Очень. Особенно если вспомнить, что моя невеста – дочка богатейшего торговца тканями, который, по слухам, страстно желает наладить отношения с короной.

– И даже согласен отдать дочь в руки того, кто пострадал по ее вине? Выглядит как попытка императрицы загладить вину сына. – Я покачала головой и чуть снова не уткнулась лицом в шею Змея. – Думаешь, император разрешит нам развестись?

– К счастью, у него нет выбора. – Стейн усадил меня на подоконник. – Традиция Игр. Нельзя отказать победителю.

– Это хорошо.

– Еще как. Чего бы ни хотела императрица… или наш правитель… если доберемся до финала, брака не станет.