— Гляжу, после того как стал служить хозяину из другого мира, жизнь наладилась?

— Да… Здоровье хорошее… Связи появились… Бандитов отвадил…

— А самому не противно этим заниматься?

— Сначала было не по себе… Потом привык… Это как работа… Она может не нравиться… Но нужно ее делать…

— Как общаешься с хозяином?

— Через крест на груди… Он подпитывает того, кто его носит… Иногда даже можно говорить с хозяином или его слугами…

— Бесами?

— Не ведаю… Только голоса слышу… А видений не было…

— Кто глава секты «Светлый путь»?

— Вороневский… Он на поляне… Ты его убил…

— А на самом деле кто?

Краткая пауза и ответ:

— Главный я… Вороневский только лицо… Говорить умел хорошо… Когда-то на священника учился и при храме жил… Потом его выгнали, а мы приютили… Он пастве про бога говорил… Нужных людей подбирал… У кого связи, деньги и влияние, того приближаем… Остальные — корм… Когда времени нет или не получается с бомжами, берем жертву из прихожан…

— Остальные двое кто?

— Ромов, глава Балашихинской общины… И Арумян… Он в Химках лохов на веру разводил…

— Каюмова помнишь?

— Да… Он пропал… Искали его и не нашли… Потом забыли…

— Кому ты подчиняешься?

— Никому… Сам по себе…

Он солгал, а я это почувствовал и ударил его по колену.

— Ты чего?! — воскликнул пленник и, сдерживая крик, крепко сжал губы.

— Правду говори! А иначе наш договор потеряет силу!

— Понял тебя… Понял… Надо мной Викентьев… Олигарх… Он считается верховным жрецом Стейкорфа… Живет в Москве… Контролирует общины и секты в России…

— И много вас?

— Много… Больше, чем тебе кажется… Наши люди везде… В правительстве… В армии… В полиции… В бизнесе… От большинства толку немного… Только на словах служат Стейкорфу и другим хозяевам… Но мы не из таких… У нас все по-честному… Отрабатываем… Хозяин весточку присылал… Говорил, что пришлет настоящих собирателей… Тогда дармоеды уйдут… А мы останемся и станем помощниками новых жрецов-собирателей…

— Не суть. Лучше скажи, против вас кто-то борется?

— Есть такие… Иногда полицейские попадаются честные… Или церковники с ведунами… Только они все слабые… Полицейских останавливаем приказом сверху или покупаем… То же самое с церковниками… А ведунов немного, и они стараются держать нейтралитет… Редко нам пакостят… И мы с ними почти не пересекаемся…

— Валентину знаешь? Она старуха-ведунья.

— Слышал про нее… Но лично не встречались… Сильная… Много ей лет… Сколько точно, никто не знает… Нас не останавливает, и мы ей не мешаем…

— А почему так?

— Я же говорю… Мало их, ведунов… И они держатся в стороне от власти…

— Где Валентина проживает, можешь сказать?

— Нет… Не знаю…

— Ясно.