— Да чтоб вас всех, — Дин поморщился. — Уже вроде и разум защищен, но как с сильным магом столкнусь… Все пытаются учить, советы давать, что-то предсказывать…

— Ха-ха-ха, — старик рассмеялся. — Он всегда такой? — спросил он у Сэма, кивая на Дина. Сэм неопределенно пожал плечами. — Ты как раскрытая книга. Тебя даже читать неинтересно, но защита хороша, сам делал? Молодец. Я вот, например, знаю, что ты злишься из-за своего незнания языка, но правильно злишься, на самого себя. А кто тебя недавно учить пытался?

— Кицунэ, — Дин исподлобья посмотрел на Геллерта. Он сам не понимал, почему так откровенен с совершенно незнакомым типом, да еще и вдобавок с бывшим Темным Лордом. — А вообще это полный отстой — от магов пытаться что-то утаить.

— Плюнь. Эти лисы слишком много о себе воображают. А насчет магов ты не прав, никто тебя не вскроет, защита действительно хорошая, да и колечко примечательное имеется. Защитное. У меня много времени было для самосовершенствования. Больше никто так не сможет из все еще живущих. Если на минуту снимешь кулон, я тебе с языками помогу. Не со всеми, конечно. Но то, что сам знаю, начнешь понимать.

— А почему, собственно, вы мне хотите помочь? — Дин нахмурился.

— Меня уже давно никто так не смешил, — Геллерт снова повернулся к окну. — Ну так что, учимся и говорим по существу, или сейчас будем ломаться, как девица в борделе?

Дин решительно снял кулон и шагнул в сторону Темного мага. Это был действительно Темный маг с большой буквы. Почему-то Волдеморт на его фоне не смотрелся. Сэм говорил, что в книге Волдеморт его убьет, но тогда сам Том уже был чем-то вроде лича, а Геллерт почти сошел с ума, да и смерть Альбуса очень сильно подкосила того книжного Гриндевальда. Сейчас же… Такой маг мог бы и Дика, мать его, Романа запросто остановить. Не убить, а именно остановить. Сэм тоже чувствовал почти на физическом уровне мощь, исходящую от высокой худощавой фигуры. Про себя ругая Дина последними словами, Сэм выхватил пистолет и взвел курок, направив оружие на Геллерта.

— Не бойся, ничего я твоему брату не сделаю, — Геллерт шагнул к Дину и положил ладонь тому на лоб. Секунд двадцать ничего не происходило, а затем Дин закатил глаза и свалился на пол. — Все, можешь снова на него защиту надеть.

— Что с ним? — Сэм не спешил убирать пистолет и опустился перед Дином, не спуская глаз с Гриндевальда. — Что ты с ним сделал?

— Да ничего, языки немного понимать начал, вот и все, — Геллерт снова отошел к окну, а Дин пошевелился и застонал, обхватив голову руками. — Ты вот что мне скажи, у тебя софофобия?

— Софо… чего? — Дин сел, все еще держась за голову.

— Софо… того, — Гриндевальд повернулся и насмешливо посмотрел на Дина. — Да, парень, ты — это нечто. Создается впечатление… Впрочем, неважно. На лису внимания не обращай. Хотя в одном она права, хватит прятаться от самого себя.

— Я не понимаю, — Дин встал. — Я вас не понимаю, вашу мать!

— Все ты понимаешь, — махнул рукой Геллерт.

— Ты нам расскажешь про Албанию?

— Нет.

— Почему нет-то? — Дин оперся на руку Сэма и встал.

— Ваше время вышло, — дверь открылась, на пороге показался Гюнтер.

— Я его понимаю, — внезапно сказал Дин.

— Да, герр Винчестер, я тоже вас понимаю.

— Приводите сюда мальчика, — не отворачиваясь от окна, произнес Геллерт.