Мэддокс допил вино и бросил на землю бокал победным жестом.

— Надерём задницу!

Хокин бы оставил пьяную задницу Мэддокса здесь, но сейчас был просто счастлив, что у него есть друзья и семья. Так и на войну можно отправиться. Особенно сейчас.

Глава 8

Лиллиана сделала глубокий, успокаивающий вдох и потянулась к ручке двери кабинета Азагота. Но как только коснулась холодного металла, застыла в нерешительности. Она и раньше видела своего супруга в ярости и знала, что нужно дать ему личное пространство. Много пространства. Особенно, после того, как он потерял контроль над внутренним демоном и отпустил его поиграть.

Лиллиана посмотрела на часы. Прошёл час, как Азагот улетел. Она прежде никогда не видела, как он летает. Что это значило? Что с ним происходило? Внутренности сжимались, пока она пыталась успокоить себя последним ментальным разговором и открыла дверь.

Азагот вернулся к своему красивому облику и стоял так близко к камину, что пламя облизывало подол чёрного халата, который он, должно быть, накинул на себя после того, как вернулся из обличья зверя, уничтожившее его одежду.

— Привет, — тихо произнесла Лиллиана.

Большое тело Азагота вздрогнуло, но он к ней не повернулся.　

— Любимая.

Каждый раз, когда он её так называл, Лиллиана внутренне немного таяла. Изначально она пришла в Шеул-Гра, чтобы кое-что у Азагота украсть, и ему нравилось утверждать, что она украла его сердце. А он в свою очередь украл её, и даже когда наступали тяжёлые времена, Лиллиана по-прежнему считала себя самым удачливым ангелом.

Дверь за спиной закрылась с глухим щелчком.

— Ты в порядке?

— Да.

Проигнорировав очевидную ложь, Лиллиана подошла ближе.

— Я за тебя беспокоюсь. Ты был таким раздражённым и отстранённым.

— Ерунда. — Азагот повернулся к ней с натянутой улыбкой, которая, очевидно, должна была её успокоить. — Просто рабочие дела.

— Мне кажется, что произошло что-то большее. — Лиллиана положила руку на его. — Милый, пожалуйста. Поделись со мной.

Азагот издал низкое, соблазнительное рычание и притянул Лиллиану к себе.

— Как насчёт того, чтобы ты поделилась со мной…

Раньше, когда Азагот так к ней прикасался, Лиллиана всегда сдавалась. Но не в этот раз.

— Нет. — Она нежно оттолкнула его. — Ты не закроешься от меня снова. Я хочу знать, что с тобой сегодня стряслось. А ещё расскажи больше об ангеле, с которой ты сегодня дрался.

Лиллиана никогда не ревновала Азагота к прошлым любовницам, в основном, из-за того, что большинство из них рассматривали Азагота только как цель для зачатия ребёнка, свою обязанность и приносили себя в жертву. Но ещё она не ожидала, что кто-то из них когда-то вернётся в Шеул-Гра сейчас, когда Азагот женат.

Ульнара явно его ненавидела, да и сам Азагот точно не проявлял к ней тёплых чувств, но слышать предложение поблагодарить их сына за то, что он сохраняет ей жизнь, стало ударом под дых.

— Меня разозлило то, — прорычал Азагот, — что Совет Мемитимов отказывается открывать местоположение моих детей, по-прежнему живущих среди людей.

Лиллиана в замешательстве моргнула.

— Почему тебе их местоположение? Ты ведь этого никогда не знал?

— Нет, не знал. Но теперь хочу знать. — Взгляд его дымчато-изумрудных глаз встретился с её. — И хочу привести их сюда.

Ух ты. Ошеломлённая, Лиллиана втянула воздух. Это было… неожиданно. Возможно, давно запоздалое желание и, тем не менее, неожиданное. Особенно, учитывая слова о том, что он не готов пока заводить с Лиллианой детей.