— Сделайте одолжение, — сказал врач, протягивая Ватсон свою медицинскую сумку.

Она молча держала ее, ждала, пока тот ее откроет, достанет пару латексных перчаток и натянет их, как хирург, на руки.

— Дайте-ка нам немного места, — сказал он суетящемуся народу из Бюро.

Они расступились и пропустили его к телу.

Док Вилсон взялся за лодыжку кончиками пальцев, чуть ниже сустава:

— Пульса нет. Или это просто отрезанная нога, или жертва мертва. — Он слегка потянул за ногу — это вызвало движение мусора в мешке и шипение, как от боли, членов команды из Бюро идентификации. Это было их место преступления!

— Нет, я бы сказал, что нога не отделена от тела, — прибавил Вилсон. — Считаю факт смерти установленным.

— Спасибо, Док, — сказал Логан, когда старый доктор выпрямился.

— Хочешь, чтобы мы здесь покрутились до приезда патологоанатома и следователя? — спросил тот.

Логан покачал головой:

— Смысла нет всем здесь торчать, задницы морозить. В любом случае спасибо.

Десять минут спустя фотограф из Бюро просунул голову в палатку:

— Извините за опоздание, один идиот решил искупаться в гавани и забыл захватить с собой ласты. Шутка. Господи, на улице так холодно.

Внутри палатки было не теплее, но, по крайней мере, не мочил дождь.

— Добрый вечер, Билли, — сказал Логан бородатому фотографу, пока тот распаковывался.

Длинный красно-белый шарф был засунут в карман куртки, за ним последовала красная шерстяная шапка с помпоном. Шапка скрывала лысину.

— Что случилось с твоими волосами? — проговорил пораженный Логан.

Билли сердито посмотрел на него.

— Черт, не начинай, пожалуйста, — сказал он, просовывая ногу в штанину белого хлопчатобумажного комбинезона. — В любом случае, я думал, что ты уже умер.

Логан улыбнулся:

— Ну, мне стало немного лучше.

Фотограф облачился в комбинезон, протер очки несвежим носовым платком, им же протер объектив своей фотокамеры.

— Кто-нибудь что-нибудь трогал? — спросил он, заправляя новую пленку.

— Док Вилсон за ногу потянул, больше ничего.

Билли подсоединил к камере громадную вспышку и постучал по ней рукой, пока она не издала высокий жалобный стон.

— О'кей, леди и джентльмены, отойдите в сторонку…

В замкнутом пространстве вспыхнула резкая бело-голубая молния, щелкнула и прожужжала камера. Еще раз, и еще раз, и еще раз…

Билли почти закончил, когда у Логана зазвонил телефон. Бормоча проклятия, он вынул его из кармана. Звонил Инш, спрашивал, как идут дела.

— Простите, сэр. — Логану пришлось повысить голос, чтобы перекричать шум дождя, барабанящего по крыше палатки. — Патологоанатом еще не подъехал. А я не могу произвести официальное опознание, не передвигая тело.

Инш выругался, но Логан почти его не слышал.

— К нам только что поступил анонимный звонок, — сообщил инспектор. — Кто-то видел ребенка, по описанию похожего на Ричарда Эрскина, садившегося в темно-красный хетчбэк сегодня утром.

Логан посмотрел на бледно-голубую обнаженную ногу, торчащую из мусора. Информация пришла слишком поздно, этого пятилетнего мальчишку мы не спасли.

— Дайте мне знать, как только патологоанатом появится, — прибавил Инш.

— Да, сэр.

Вошла Исобел Макалистер, как будто только что спустившаяся с подиума: длинное пальто «Барберри», темно-зеленый брючный костюм, кремовая блузка с воротником-стойкой, изящные жемчужные сережки, короткие волосы художественно взъерошены.