|
Но его объятье было таким сильным, что на миг я почувствовала себя в абсолютной безопасности. Я снова оказалась к нему так близко, как только могут соприкоснуться души людей. Он словно разорвал свою грудь и показал мне на мгновение свое ярко-алое, полное огня сердце. Что бы он теперь ни говорил, я буду знать, что он настоящий. И его открыла я.
– Знаешь, – сказала я, чтобы скрыть неловкость, – пойдем в спальню, а то простудимся.
И, высвободившись, пошла первой, а Генрих нехотя зашагал за мной.
В спальне мы остановились перед кроватью.
– Если мы могли спать вместе на тесной лежанке, то сможем и на кровати поместиться? – спросила я.
Король сделал неопределенное движение, словно собирался выйти.
– Останься. Пожалуйста.
Он застыл, поднял на меня недоумевающий взгляд. Впервые я заметила янтарные всплески в его темно-карих глазах.
– Мы же друзья, правда? – спросила я.
У него явно отлегло от сердца, и он кивнул. Мы разошлись на мгновение, чтобы переодеться в сухое, а потом чинно улеглись на кровать с разных сторон. Между нами только меча не хватало для более лубочного изображения нашей невинной совместной ночевки.
Я улыбнулась, повернулась на бок и уснула, весьма довольная собой.
Посреди ночи сквозь сон я поняла, что лежу совсем рядом с Генрихом, положив руку ему на талию. От его древесно-пряного запаха я теряла голову даже во сне. Я никогда не думала, что естественный запах человека может быть приятнее любого парфюма. От него мне было тепло. И мне совершенно не хотелось отодвигаться. После того, как он раскрылся, Генрих стал мне как родной. Я уткнулась носом в его плечо.
И тут почувствовала его прикосновение. Нежно, едва касаясь, Генрих погладил брошенную на него руку. И глубоко вдохнул. В тишине я слышала быстрое, громкое биение его сердца. И начала понимать, что мое сердце набирает ритм, чтобы сравняться с его сердцем. По позвоночнику прошелся огненным дыханием жар, ладони закололо. О нет… только не это… не сейчас…
Магия, которая все эти дни прекрасно себя вела, потому что я расходовала ее на больных, вдруг снова накопилась в теле.
– Эллен, – тихо позвал король, видимо почувствовав магию.
– Может, само пройдет, – шепнула я, чуть отодвигаясь.
– Давай помогу? – предложил Генрих.
При воспоминании о его крепком объятии я уже хотела согласиться, но потом вспомнила остальное и отказалась от этой мысли.
– Тебе завтра контролировать летательные машины маэстро Фермина, – напомнила я. – А ты потеряешь силы.
– Тогда пойдем на балкон, научишься управлять дождем, – предложил король.
За окнами по-прежнему шумела гроза.
– Мне страшно, – призналась я.
– Мне тоже, – честно ответил Генрих. – Но тебе нужно учиться. И лучше со мной, чем в одиночку.
Я нехотя села на кровати. Вылезать из тепла не хотелось, но меня уже сильно потряхивало от избытка магии. Взяв короля за руку, я вышла на балкон. Было темно, по нам бил дождь. Я сосредоточилась и раздвинула пелену воды над нами. Словно отодвинула дождевые потоки в сторону.
– Молодец, – похвалил король. – Попробуй сформировать большие капли.
Приободренная, я постаралась сформировать в голове правильную мысль-импульс. В следующий момент вокруг нас застучал град.
– Не совсем то, но это потрясающий результат!
Руки короля вдруг обвили меня за талию и прижали к теплому телу.
По спине пробежал сильнейший разряд, вводя меня в то состояние возбуждения, которое раньше я испытывала только с Михаилом. Генрих говорил мне на ухо, его борода ласкала мне шею. |