Алессандро терпеливо смотрел на нее.

— Мне правда очень жаль, — сказал он мягко. — И вас, и Вито. Может быть, это моя вина. Мне следовало бы попытаться прекратить это. Я теперь понимаю, что я мог бы прийти к вам. Только откуда мне было знать… Простите, я прошу вас простить меня, но я думал, что это хорошо для мальчика. Я не думал, что вы действительно будете так к нему относиться.

— О, я была так глупа, — сказала Айрис, — так глупа.

Алессандро улыбнулся.

— Не слишком вините себя. Он действительно славный мальчик. Красивый мальчик. И кроме того, это бы когда-нибудь кончилось, нет?

— Кончилось? Почему? Почему оно должно было кончиться?

Алессандро сделал беспомощный жест. Затем наклонился вперед.

— Конечно, вы шутите? Вы же не думаете, что все могло так продолжаться и дальше?

— Наверно, нет, — сказала Айрис тихо, — но знаете что? Я бы хотела, чтобы так продолжалось. Вы сказали — давайте поговорим открыто — хорошо, давайте. Может быть, я сошла с ума. Может быть, я совершаю криминальное преступление, развращение малолетнего или как там это называется, но единственное, чего я хочу больше всего на свете, это чтобы Вито вернулся. Прямо сейчас, сию минуту. Это истинная правда.

— Ну, я на самом деле не знаю, что сказать, — сказал Алессандро, с трудом поднимаясь на ноги.

— Вы постараетесь помешать этому?

— Простите?

— Вы постараетесь держать его подальше от меня?

Он долго думал, прежде чем ответить.

— Нет, — сказал он наконец. — Почему я должен это делать? Сколько уже было плохого, нет? Он влюбился, он — если вы позволите — упал с кровати и ударился лбом. Что еще может с ним случиться? Возможно, он может ожесточиться, но я так не думаю. Он другой мальчик. А что касается вас, дорогая леди, то что я могу вам сказать? Вы взрослая женщина. — Он широко развел руки.

— Спасибо. Это очень благородно с вашей стороны.

— Благородно? Это слово сродни слову «хорошо». Нечто, что человек должен делать. Поверьте мне, я делаю то единственное, что я могу сделать. Ничего. Кстати, чтобы переменить тему, ваш договор об аренде заканчивается через несколько недель, нет?

— Через три недели. Потом я уезжаю на Западное Побережье.

— Ах, ну вот, понимаете? Все равно бы все кончилось.

— Я хотела бы познакомиться с вами раньше, — сказала Айрис.

— Что! Со стариком, с хромым? — Алессандро засмеялся, — нет, серьезно, вы хорошая женщина. Я благодарен вам за своего сына. — И он быстро заковылял к двери.

Вито устроился на краю пожарного гидранта, стуча по асфальту палкой. Палка выводила быструю дробь, раскатывающуюся по улице деревянным звуком. Дни становятся холоднее, подумал он. Лето почти кончилось. Асфальт был совершенно твердым. Днем он будет мягче, но сейчас он как раз хорош для бейсбола — достаточно мягкий, чтобы обеспечивать хорошее сцепление, но не вязкий. Он с удовольствием огляделся вокруг. Хорошо бы поиграть в мяч с друзьями. Он уже какое-то время не делал этого — кажется, долгое время.

Здесь нет ничего трудного, ничего тайного. Сразу же появляется ярость, мгновенно вызванная мчащимся пятном мяча. Затем — бац! — он сделал мощный удар своей палкой — и ярость улеглась.

— Эй, Вито-оо. Герцог. Эй, Герцог, ты как раз следующий, — окликнул его какой-то парень. — Я собираюсь зверски убить тебя.

— Ты грезишь, — легко ответил он, улыбаясь. Было так приятно понимать с полуслова, отвечать так же естественно.