– Ты ведь снова пересечешь Тихий океан. Тебе необходимо знать японскую культуру и историю. Тогда и ты будешь нужен Японии. Ты рожден «между», и жить тебе следует так же. Мне кажется, ты станешь человеком, который думает не как японец и не как американец и действует ради всеобщего будущего. Почему-то у меня такое предчувствие.

Так говорила мисс Судзуки, как будто читала по лицу Джей Би или озвучивала мысли его родной матери.

7.8

Однажды Джей Би увидел в книжном магазине на Юнион-сквер одну книгу. Он всегда думал, что встреча с той или иной книгой не более чем случайность. Но, пролистав ее, он подумал, что она оказалась на полке специально для того, чтобы он прочитал ее.

1910 год. Джей Би – девятнадцать. В руках у него – «Мадам Баттерфляй» Джона Лютера Лонга. Даже если бы Джей Би прошел мимо той полки, он все равно когда-нибудь увидел бы эту книгу. Она была опубликована в 1903 году в Нью-Йорке и до сих пор привлекала внимание людей, интересующихся обычаями и чувствами тех, кто жил на противоположном берегу Тихого океана. Наверное, у этой книги и журнала «Нейшенл джеографик» были примерно одни и те же читатели. Тогда Япония еще оставалась загадочной, живущей особняком страной Дальнего Востока.

Джей Би сунул книгу за пазуху и, не заплатив, унес к себе в общежитие. Он в буквальном смысле слова похитил «Мадам Баттерфляй».

В книжке не было и ста страниц, и Джей Би прочитал ее трижды за вечер. Сначала он воспринял ее как историю жизни абсолютно чужих людей, потом – как трагедию, произошедшую в тех местах, откуда сам он был родом, а читая в последний раз, уже ронял слезы на подушку, убежденный, что эта повесть – несомненно, о нем и его родной матери. Ему казалось, что потерянная память вернулась к нему и он встретился с матерью, спрятанной в глубинах его подсознания. Воспоминания, которые отец оставил в Нагасаки, а Аделаида старалась аккуратно стереть, теперь благодаря тоненькой книжке четко и ясно возникли перед его мысленным взором. Больше отцу и матери не удастся оправдывать себя душещипательной историей. Повесть так потрясла Джей Би, что он даже задумался о правомерности отцеубийства.

Вернувшись в Соному Джей Би аккуратно упаковал книгу перевязал ее ленточкой и подарил отцу. Это был подарок не ко дню рождения и не в связи с получением ордена, и полковник Бенджамин Пинкертон не скрывал радости от неожиданного внимания сына, так же как чуть позже не смог скрыть своего замешательства.

Многие его друзья и знакомые, прочитавшие этот бестселлер, ядовито осведомлялись: «Уж не о тебе ли здесь речь?», «Похоже, ты попал в переплет в стране на другом берегу», – но то были его приятели, морские офицеры, которые сами поступали подобным образом, так что он мог уходить от ответа да и просто отшучиваться. В конце концов, «Мадам Баттерфляй» – художественное произведение, основанное на вымысле, и даже если там фигурирует негодяй с его именем и даже если там написано о том, что было и чего не было, – вполне можно прикинуться, будто это не имеет к нему никакого отношения. Однако в разговоре с Джей Би неумелое вранье могло бы оскорбить память его матери, покончившей с собой.

Вот и пришло время воскреснуть призракам. Чио-Чио-сан, шестнадцать лет назад перерезавшая себе горло, появилась в калифорнийском доме, подобно Иисусу – не с миром, а с мечом, как написано в Евангелии от Матфея.

Отец позвал Джей Би к себе в комнату и сказал:

– Я хотел открыться тебе, когда придет время. Но время пришло немного раньше, чем я предполагал. В книге говорится о мальчике по имени Торабуру ты, как и он, сын гейши из Нагасаки. Твоя мать приняла мучительную смерть. Выбора не было, и тебе пришлось переправиться с нами на другой берег океана.