А если в бою сталкиваются практики высших рангов, от страха дрожат даже те, для кого риск — это обыденность и работа. Потому что чем сильнее анимус, чем выше он взобрался по ранговой лестнице — тем опаснее он для мира, изменяющегося по одному его желанию.

Люди привыкают видеть мир стабильным и непоколебимым, но на самом деле он таковым не является.

Колдия сражалась насмерть, и фантом цвета золота отражал стремления хозяйки. Каждый взмах призрачных клинков оставлял на земле рваные раны, а каждый укол истязал её, оставляя в почве глубокие дыры. Используемые девушкой техники уже давно поставили крест на этом прекрасном месте, и без того пострадавшем от боя Элина и Лехона: теперь ни деревья, ни даже трава не смогут вырасти здесь в ближайшие десятилетия.

Коррозия не только выедала, но и вьедалась во всё, чего касалась, нанося природе непоправимый вред.

Элин же играл со своей противницей, победив ещё до начала боя. Обогнув защиту мощного, но примитивного артефакта, он мог в любой момент парализовать или даже убить Колдию, но вместо этого перерождённый… учился.

Не столько сражался, сколько наблюдал за повадками другого подлинника, и искал что-то, что можно позаимствовать. И если техники не представляли для него особого интереса или из-за своей общеизвестности, или из-за заточенности под один конкретный геном, то с посохом девушки всё было не так однозначно. Ведь того просто не существовало ни как осязаемого предмета, ни как порождения анимы.

Элин видел его своими глазами — но в то же время не мог ощутить этот, бесспорно, странный артефакт. Экс-абсолют на своём веку повидал много необычных вещей, но с чем-то подобным встретился впервые.

И теперь он изо всех сил затягивал бой, силясь понять, что же это такое — посох с навершием в форме колеса перерождений, вид которого отпечатался в его памяти ещё много лет тому назад. Ту же картину он видел на лицевой стороне гримуара, и это же колесо сопровождало каждую его смерть.

Взаимосвязаны ли эти вещи? Определённо. Как? Это ещё нужно понять.

— “Мне кажется, что скоро она догадается…”. — Задумчиво пробормотала Эрида в голове перерождённого.

— “Для этого она должна согласиться с тем, что перерождения не сделали её всемогущей. Но её разум болен, и она никогда не сможет этого сделать”. — Ответил напарнице Элин, десятикратно меньшими усилиями отразив направленную против него технику. Ведь он стоял в одном месте, а Колдия видела его в другом, а при таких исходных защититься смог бы даже полный идиот. — “Вполне вероятно, что эту рану ей оставили симбионты. Если они в одной из реальностей проникли в её память, то, в их силах было попытаться навредить бессмертной хотя бы так”.

— “Ты только предполагаешь?”. — Искренне удивилась змейка, которой было невдомёк, что Элин до сих пор лишь поверхностно взаимодействовал с сознанием Колдии.

— “Если я проникну в воспоминания, она сразу это заметит. Особенно в том случае, если в её голове уже кто-то копался ранее”. — Пояснил перерождённый, играючи отразив очередную атаку. Девушка уже начала повторяться, что свидетельствовало о не таком уж и большом боевом опыте — или пресловутой самоуверенности.

— “Я могу попытаться подобраться к посоху поближе, используя свои малые тела”. — Предложила Эрида. — “Но ты должен будешь их от неё скрыть”.

— “Будет сложно, но попробовать можно”. — Элин тут же согласился с предложением напарницы, посчитав, что хоть какой-то план действий лучше простого наблюдения, которое до сих пор не принесло сколь-нибудь значимых результатов. — “Приготовься.