Две, если Денни не ошибался. Два трупа.

Колин и Тодд посмотрели на медэксперта.

– Кое чего не хватает.

– Кое чего? – тихо повторил МакНил. Ему совсем не нравилось, к чему она ведет. Наталия… кхм…  Смит для полицейского департамента – была упорной и внимательной. Лучшим медэкспертом на его памяти. И самым привлекательным, но это так, дополнительный бонус. У женщины был чертовски высокий уровень IQ.

К тому же она только недавно прошла через ад – спасибо гребаному психу, который терроризировал Атланту – и сейчас с трудом возвращалась к нормальной жизни.

Ну, или к тому, что считалось нормальным.

МакНил забрал у нее папку, пролистал… понял, что давление подскочило, еще до того, как застучало в висках.

– Дерьмо. Ты же не хочешь сказать, что…

– Убийца потрудился на славу. У Миттерса отсутствует сердце, а у Бронкса – почки.

– Что? – Тодд испытал шок. Что понятно. Как и Наталия, он был всего лишь человеком. И все еще мог испытывать потрясение, несмотря на то, что связал свою жизнь с демоницей.

– За каким хреном кому то нужны органы? – с отвращением в голосе поинтересовался Гит. Колин был прекрасным детективом. Благодаря обостренным органам чувств, он стал замечательным охотником, мало кто мог от него сбежать.

– За таким. Судя по всему, по улицам шляется очередной больной на голову псих,  прорычал Денни, понимая, что не ошибается. Просто охрененно. Кто то полосует демонов, крадет части их тел, а журналистка находится в самом центре этой гребаной заварушки.

Ему всегда ни хрена не везло.

И МакНилу совсем не улыбалось, чтобы эта история просочилась в вечерние новости.

– Кто еще знает об этом? – Кто то в его департаменте сливал информацию, да и не только в его. У Найла слишком много соглядатаев. Демоны везде, даже в полиции Атланты.

Они мирно сосуществовали с людьми, следили за исполнением законов… И снабжали Найла деталями по каждому расследованию.

– Я пришла прямо к тебе, – тихо ответила Наталия.

МакНил немного расслабился. Он поднял руку и указал пальцем на детективов.

– Долго это замалчивать у нас не получится. – Может, пару дней, если повезет. – Когда репортеры пронюхают…

– Они до усрачки напугают весь город, – закончил фразу Колин.

Тодд поднялся со стула.

– Не факт, что это плохо. Учитывая, что какой то урод режет свои жертвы на тоненькие полоски.

Что случилось с этим милым городом? За последние несколько лет преступления ужесточились. Убийцы стали настоящими садистами.

Может, развелось слишком много Иных? Количество монстров с неограниченными возможностями зашкаливает?

Смертные забыли страх перед созданиями ночи, а это большая ошибка.

Потому что эти чудовища… они всегда в настроении поиграть с жертвой перед тем, как ее убить.

– Подключай Эмили к этому делу, – приказал МакНил.

Эмили Дрейк – психолог, способный коснуться разума Иного. Единственный человек, способный воссоздать психологический портрет убийцы.

О, да. Ни грамма сомнений, что Эмили нужна им в этом расследовании.

– Вызови ее сюда. И найдите ублюдка.

Прежде чем он снова убьет. И история попадет во все новости.

Холли с ним не разговаривала. За всю дорогу до ее дома она не проронила ни слова. Не открыла рот, даже когда они шли по подъездной дорожке к ее дому.

Женщины и эти их бойкоты… смертельное оружие.

Найл вздохнул и подождал, когда она откроет дверь. Солнце уже встало и готовилось к своему путешествию по небосводу. Найл видел тени синяков на теле девушки и чувствовал, как в нем опять закипает гнев.