Императорский дворец сверкал огнями. Домициан обычно устраивал официальные приемы в новом дворце, с его огромными парадными залами и причудливыми фонтанами, однако Павлин удостоился чести быть принятым со своей невестой в личных покоях императора. К нам тотчас подскочили рабы, чтобы взять плащи, а роскошно одетые вольноотпущенники повели нас по ярко освещенным коридорам в триклиний, превращенный по случаю помолвки в сказочный мир. Повсюду благородный лавр и орхидеи, на столе золотая посуда и хрустальные кубки. Ради Павлина император не пожалел ничего. По этому случаю он даже снял с себя свою обычную простую тунику и облачился с пурпурные одежды, вышитые золотой нитью, которые стоили никак не меньше месячных запасов пшеницы для города, привезенной из Сирии.

— Друзья мои! — воскликнул Домициан и, сияя улыбкой, шагнул нам навстречу. — Как я рад видеть вас у себя! Марк, — дружеский кивок, Лепида, — поцелуй в щеку, нареченная, — пожатие руки. — Добро пожаловать ко мне в гости!

— Рада видеть вас, — еле слышно произнесла императрица, вся в изумрудах и серебре.

— Извините, что заставил вас ждать! — Это в распахнутые двери вошел Павлин, расправляя на себе складки тоги.

— Ничего страшного! — Император в дружеском жесте положил ему на плечо руку, и я подумала, что слухи вполне могут оказаться верны: Домициан и вправду собирается назвать Павлина в качестве своего преемника. В прошлом году — звание префекта, в этом — наследника, в следующем — вся империя. Бесспорно одно: император был ближе к моему пасынку, чем к кому-либо в Риме. Император Павлин Вибий Август Норбан… И пусть меня обвинят в кровосмешении, но если он станет императором, я заставлю его жениться на мне!

— Итак? — добродушно спросил Домициан, глядя, как рука Павлина робко легла на руку Кальпурнии. — Поцелуй невесту.

Кальпурния покраснела, однако щеку подставила. Павлин нагнулся и легонько прикоснулся к ней губами. При этом он на миг посмотрел на меня, и я округлила губы, как будто приготовилась его поцеловать. Он тоже покраснел и отвернулся.

— Павлин, — это вперед шагнул Марк. — Я рад видеть тебя, мой сын. Давно я ждал этого момента.

— Отец.

Они неуклюже шагнули навстречу друг другу и, избегая смотреть в глаза, обнялись. Впрочем, уже в следующее мгновение Павлин отпрянул назад, как будто обжегшись, а на лице его выступил румянец.

Я хихикнула.

Не успели мы устроиться на ложах с обтянутыми шелком подушками, как рабы тотчас начали ставить перед нами одно блюдо за другим, а своды зала наполнились музыкой. Стол буквально ломился от угощений. Тут были и вазы с засахаренными фруктами, и жареные павлины, украшенные их же яркими перьями, и поросята в медовом соусе, начиненные розмарином и кусками своего собственного мяса. Перед нами барабанщики исполняли свой причудливый танец, а звонкоголосые мальчики из Коринфа услаждали мой слух своим пением, ловкие акробаты возводили из собственных тел причудливые пирамиды до самого потолка из слоновой кости. Не успевали мы опустошить наши тарелки, как рабы тотчас подкладывали нам новые угощения. Домициан понуждал нас есть, есть и есть. Он размахивал жареной павлиньей шеей, с которой на его роскошные одежды капал жир, и на дорогом пурпуре уже появились первые пятна. И я поняла, что он изрядно пьян. Старое фалернское вино лилось рекой, не уступая в полноводности Тибру, и поскольку от обильной еды и выпитого вина мне становилось все жарче и жарче, вполне естественно, что я распустила волосы, а платье соскользнуло с одного плеча. Вот теперь это было похоже на Луперкалии!

Император рассказывал истории про храбрость и мужество Павлина, то и дело восклицая, что такого друга, как он, у него еще не было, и вот теперь он хотел, чтобы весь мир об этом знал.