— И что случилось потом? — зевая, спросила Сабина.

— Я доскажу эту историю завтра, моя дорогая. Ты уже почти спишь.

— Нет, я не… — Девочка снова зевнула, и Марк погладил ее по каштановым волосам, таким же шелковистым, как и у Лепиды. Старый сенатор улыбнулся, мысленно поблагодарив супругу за то, что она подарила ему это очаровательное создание. Его первая жена не хотела детей. Павлин появился на свет случайно, за что она постоянно упрекала Марка.

— Да, наверное, это моя вина, Туллия, — отвечал он, пытаясь обратить все в шутку, но жена в ответ швырнула в него мраморный бюст его отца.

— Я же не Туллия, — любила поддразнивать его Лепида. Вибия Сабина появилась на свет в первый же год их брака.

— Спокойной ночи, — тихо сказал он дочери и вышел из спальни.

— Марк! — позвала Лепида, услышав шаги мужа. — Входи, дорогой, в коридоре холодно.

Он вошел к ней в спальню. Лепида отвернулась от зеркала, и его встретила ее улыбка и очаровательные ямочки на щеках. А какие роскошные у нее волосы, черными локонами ниспадающие на плечи!

— Садись, Марк. Я согрела немного вина.

Он улыбнулся в ответ и покорно подался в ее объятия.

Глава 9

Ему предстояло сразиться с фракийцем-ретиарием, вооруженным трезубцем и рыболовной сетью. Это был известный на Сицилии боец, который, тем не менее страшился встречи с Варваром на арене Колизея. Арий убил его быстро и равнодушно ударом меча в горло, после чего ушел с арены через Врата Жизни. Поклонники Варвара оглашали воздух восторженными воплями, и демон отправился спать куда-то в далекий угол его сознания.

— Отлично, мой мальчик, — произнес Галлий, не отрываясь от расходной книги, когда Арий, вернувшись в казармы, явился к лекарю на обычный осмотр. — Можешь напиться, если хочешь. Попытайся вернуться до рассвета, договорились?

В таверне, как обычно, буйствовали поклонники, круша окна и посуду. Они уже научились держаться от своего кумира на почтительном расстоянии. Наступил июль, улицы были раскалены жарким летним солнцем, и все знали, что летом, в жару, с Варваром лучше не связываться, ибо он делается диким и необузданным.

К нему подошла какая-то девушка.

— Я Фульвия, — представилась она с нервным смешком. — Ты ведь Варвар, верно?

Он окинул ее придирчивым взглядом. Голубые глаза. Белокурые волосы. Подойдет.

— Я видела тебя сегодня на арене. Ты великолепный боец…

Арий указал большим пальцем на лестницу, что вела наверх. Хозяин таверны разрешал ему пользоваться комнаткой на втором этаже. Девушка хихикнула и послушно поднялась наверх, где сразу же бросилась на постель. Нетребовательная юная особа. Она не стала возражать, когда он, сделав свое дело, отвернулся к стене и замолчал. Никто из них не возражал, — десятки таких юных красоток, деливших с ним постель в последние годы. Когда он что-то говорил, на их лицах появлялось разочарование, как будто его слова снимали с него некий покров тайны. Им нужен был другой Варвар, мрачный и молчаливый. Что его тоже вполне устраивало. Он больше не хотел говорить с женщинами. Хватит с него разговоров.

До этого ему в каждой женщине виделась Тея. Она чудилась ему в каждой косе черных волос. В каждой паре узких бедер. Его надежды разбивались на мелкие осколки несколько десятков раз в день. Это было мучительно больно. Но лучше испытывать боль, чем навсегда забыть.

Теперь ее лицо ускользало из его памяти.