Домициан пристально посмотрел на него и открыл рот, чтобы что-то сказать, однако тотчас закрыл, а в глазах его вновь возникло задумчивое выражение.

— И знаешь, что, — медленно произнес он, — я тебе верю.

Они обменялись взглядами — скорее из чистого любопытства.

Домициан кивнул и потянулся за куском пергамента. Что-то быстро набросав, он поставил внизу императорскую печать и через стол подтолкнул документ к Павлину.

Тот быстро пробежал глазами написанное:

«…тем самым мы признаем трибуна Павлина Вибия Августа Норбана… в знак признания его верности и преданности… и возлагаем на него звание и обязанности…»

Павлин растерянно заморгал. Вернулся к началу документа, внимательно перечитал еще раз.

«…и возлагаем на него звание и обязанности…»

Он оторвал глаза от императорского приказа.

— Цезарь, это слишком высокая честь…

— Мне виднее.

— Но ведь, наверняка, есть другие, у кого…

— Разумеется, есть другие, у кого больше прав на этот пост. И они возненавидят тебя за то, что ты перепрыгнул через их головы, и попытаются на каждом шагу ставить тебе палки в колеса. Безусловно, стоит тебе принять этот пост, как ты наживешь себе сотню новых врагов. Скажи, ты бы хотел им стать?

— Я… конечно бы хотел, но…

— Тогда почему ты пытаешься меня отговорить?

— Я не пытаюсь тебя отговорить, цезарь. Просто мне кажется…

В темных глазах Домициана читалась усмешка.

— Скажи, тебе когда-нибудь говорили, что императору не перечат?

Павлин открыл рот и снова беззвучно закрыл, словно рыба. В ушах стоял оглушительный звон.

— Я не хотел перечить тебе, цезарь. Я просто…

— Отлично, — Домициан протянул руку. — Прими мои поздравления, префект.

Лепида

Я искренне обрадовалась, когда мятеж Сатурнина в Германии сошел на нет. Потому что император из него был бы никакой. Все знали о его любви к мальчикам, и что бы в таком случае оставалось делать мне? Так что я искренне обрадовалась вместе со всем Римом, когда до нас дошло известие, что мятежники разгромлены. Ведь в этом для меня имелась небольшая личная выгода. Домициан вскоре вернется в столицу. Ради такого события я заранее обзавелась новым огненно-алым платьем, украшенным золотой вышивкой, которое обязательно привлечет ко мне взгляд императора.

— Подумать только, твой сын герой дня! — щебетала я за ужином, обращаясь к мужу. Вообще-то мы с ним теперь почти не виделись, каждый обитал в своем крыле дома, и встречались лишь ради соблюдения приличий. Я уже начала подумывать о том, чтобы купить свой собственный дом в более приличной части города. Сколько можно обитать на Капитолийском холме.

— Да, наш Павлин герой, — пискнула Сабина.

— Неправда, моя милая, никакой он не герой. Павлин самый обыкновенный червяк, который только изображает из себя героя, — я одарила Марка улыбкой. — Яблоко от яблони недалеко падает, не так ли?

Муж посмотрел сквозь меня, как будто я была стеклянная. Кроме того, он не стал сообщать мне главную новость. Я узнала ее от Гнея Апика, моего последнего любовника.

— Префект претория? — Я подпрыгнула в постели как ужаленная. — Император назначил Павлина префектом претория?

— Удивительно, не правда ли? Этот мальчишка не намного старше тебя, — Гней ущипнул меня за грудь, — причем до этого он служил лишь трибуном.