Селеста замерла, в который раз мысленно просчитывая варианты. Не торопится ли она? Как отнесутся к ее предложению соратники? Они тоже долго жили стабильно, привыкли к своему положению.

— Раз уж речь зашла о Тайной страже… Она всегда крепко держала нас за горло, но в последнее время ее хватка ослабла. Многие мастера общин считают, что пришло время избавиться от нее окончательно. С другой стороны, мы привыкли к существующему положению, оно дает нам немало легальных возможностей. Высказываются доводы как «за», так и «против» получения самостоятельности. — Все, слово сказано. — Я хотела бы услышать ваше мнение.

Эта тема уже обговаривалась со старейшинами отдельно, наедине, и Селеста знала мнение каждого соратника. Но время принимать решение пришло именно сейчас. Пусть вслух обозначат свою позицию, сделают окончательный выбор.

— Давно пора! Ну совершенно ведь жить не дают — хожу, словно в рабском ошейнике, каждое слово считаю!

Медея. Высказала наболевшее импульсивно и с превеликим удовольствием. Она первая из ближнего круга Селесты заговорила о том, чтобы распрощаться с покровителями-«пауками», причем руководствовалась исключительно эгоистическими мотивами. Заставили ее сделать кое-что, что ей сильно не понравилось. Тогда, едва услышав пылкую речь о свободе, независимости и праве на самоопределение, подруга приказала подруге держать рот на замке. Но зарубку в уме сделала. Медея интуитивно чувствовала желания смертных, и раз уж она вдруг заговорила на тему, о которой прежде и думать было страшновато, значит, времена изменились.

— Мне не нравится, что какие-то людишки решают за меня, как и что я должен делать. Проживем и без паучьей своры!

Радость Зервана тоже понятна. Бандитская шайка, которую он называл своими помощниками, страдала от пристального внимания тайных наиболее сильно. Ничего удивительного в постоянных проверках нет — учитывая наклонности Зервана и его присных, контроль жизненно необходим. Хозяйка Талеи и сама уделяла им значительную долю своего внимания. Она ценила этих, с позволения сказать, бойцов не слишком высоко, зато точно знала, кого можно и нужно использовать для грязной работы. Буйные, слабо управляемые, на каждом шагу нарушающие приказы бандюганы прекрасно подходили для охоты на не слишком опасную нежить или драк с храмовыми охотниками. Среди них чаще, чем где бы то ни было еще, появлялись деграданты, утратившие любые желания, кроме неумеренного поглощения крови. Неспособность держать себя в руках, отсутствие